Прекращение огня с Ираном больше не действует, и в переговорах нет смысла, заявил американский президент Дональд Трамп после того, как США и Иран обменялись масштабными ударами после перемирия. На фоне этих событий нефть марки Brent перевалила за 78 долларов за баррель
Дональд Трамп. Фото: FILIP SINGER/REUTERS
Обновлено в 13:50
Прекращение огня с Ираном больше не действует, а значит, в переговорах нет смысла. Об этом заявил американский президент Дональд Трамп после того, как США и Иран обменялись масштабными ударами после перемирия.
«Думаю, все кончено», — сказал Трамп на саммите НАТО на совместной пресс-конференции с генсеком Марком Рютте, отвечая на вопросы журналистов:
— Господин президент, режим прекращения огня завершен? Меморандум о взаимопонимании «мертв»?
— Это очень интересный вопрос. По-моему, с ним покончено. Я больше не хочу иметь с Ираном дело. Они подонки. Страной руководят больные люди, жестокие, склонные к насилию. Мы заключили сделку. Все были согласны: никакого ядерного оружия. Мы договорились, а они вышли к прессе и сказали, что мы даже не обсуждали этот вопрос. С ними что-то не так. Они «ку-ку». Они причинили вред собственному народу. На данный момент они убили 54 тысячи протестующих. Знаете, когда люди спрашивают: «Почему они не захватят власть?» — ответ прост: они не могут этого сделать, потому что они мертвы. И, честно говоря, я не хочу тратить на них время. Пусть наши замечательные переговорщики продолжают общаться, если хотят. Но я не вижу в этом смысла.
Американские военные нанесли удары по Ирану в ответ на атаки на три торговых судна в Ормузском проливе. По данным Axios, нынешняя серия ударов оказалась в четыре-пять раз мощнее предыдущей. Поражено более 80 целей — среди них системы ПВО, ракетные установки, пункты управления и портовые сооружения.
В Тегеране происходящее назвали серьезным нарушением меморандума о взаимопонимании. Корпус стражей исламской революции заявил, что нанес массированный ответный удар по 85 объектам на американских базах в Бахрейне и Кувейте. В КСИР подчеркнули, что это лишь «первоначальный ответ» на агрессию США.
Все это происходит после масштабных похорон Хаменеи, которые удалось провести только спустя почти пять месяцев после его убийства американским и израильским спецназом.
Иранские власти, включая КСИР, оказались перед сложным выбором, пишет CBS. С одной стороны, массовые траурные мероприятия в связи с гибелью аятоллы Али Хаменеи сопровождались призывами к мести. С другой — руководство страны вынуждено оценивать последствия жестких ответных шагов со стороны США. Комментирует востоковед Елена Супонина:
Елена Супонина политолог, востоковед «Нынешнее нарушение перемирия между Ираном и США — одно из самых серьезных. Это говорит о том, что в иранском руководстве все-таки есть разногласия между тем политическим крылом, которое ведет переговоры, которое настаивает на том, чтобы перемирие соблюдалось, и отдельными генералами из Корпуса стражей исламской революции, которые полагают, что действовать надо более решительно. Если есть нарушения, на их взгляд, например по проходу судов в Ормузском проливе, по еще каким-то спорным моментам, то надо бить и надо действовать решительно. Все-таки сейчас нет сомнений, что перемирие было нарушено с иранской стороны. В ответ уже последовали действия американцев и новые действия иранцев. Все это проходит на фоне траурных мероприятий, во время которых люди кричат «Смерть Америке», «Смерть Израилю». Это призывы к мести, и это нарушение перемирия, это обстрел танкера в Ормузском проливе, который парадоксально оказался еще танкером, принадлежащим Катару, то есть государству, которое посредничает активно и сохраняет неплохие отношения с Ираном. Этот обстрел стал следствием этой нервозности. Толпа подогрела настроение в иранском военном командовании или в отдельных группах офицеров, одна из которых и совершила этот обстрел. Генералы считают, что имеют от народа четкий мандат, имеют большое поддержку населения, и этот мандат не только на ведение переговоров, даже и не столько на ведение переговоров, сколько на продолжение в случае необходимости боевых действий».
А вот что думает по поводу ситуации председатель президиума СВОП, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов:
— Мы Трампа уже, слава богу, знаем не один год. И даже в этом конфликте вокруг Ирана мы уже наблюдали с его стороны массу кульбитов. Причем чем дальше, тем более они повторяющиеся. Что дальше? Да ничего, все то же самое. Переговоры буксуют, американцы не могут продавить то, чего хотят. Иран оказался намного более крепким орешком, чем кто-то мог подумать. Тот инструмент, который они освоили в виде Ормузского пролива, оказался опять-таки гораздо более эффективным, чем думали, и вообще никакое ядерное оружие с ним не сравнится. Уже уперлись в переговорный ступор. Но сейчас поорут, покричат, постреляют — вернутся туда же, потому что по большому счету делать американцам нечего. Воевать Трамп по-настоящему, на мой взгляд, категорически сейчас не хочет. Остаются вот эти упражнения по запугиванию.
— Психанул, что называется?
— Да нет, даже не психанул. В том-то и дело. Мы все как-то очень всерьез воспринимаем. Для Трампа, в общем, все равно что говорить. Это не значит, что он вообще не понимает, что несет. Он просто считает, что это такой антураж, которым сопровождается процесс, словесные извержения. Но сейчас попадаются потом закулисные разговоры насчет обмена какими-то предложениями. Своего рода такая тактика переговорная.
— Тегеран как может отреагировать на эти заявления? Не может ли пойти на эскалацию, учитывая даже последние события в Тегеране на похоронах аятоллы? Там был массовый митинг с призывами отомстить.
— Это то, чем иранцы закрываются на протяжении 40 с лишним, 50 уже почти лет. Это тоже своего рода элемент сопровождающего шума. Им никакой эскалации не нужно. Иран стоит твердо на своем. Он не позволяет американцам пропихнуть то, что они хотят, и пока у них это получается. Иранская позиция очень простая: на все отвечаем, действия, которые нам не нравятся, пресекаем. Американцы тоже отвечают зеркально. Я не думаю, что здесь мы видим принципиально новые повороты сюжета.
— Трамп это произнес на саммите НАТО. Нет ли здесь, например, каких-то договоренностей с альянсом о военной поддержке, о которых нам не говорят?
— Нет, никаких договоренностей нет. Я думаю, что позиция НАТО тоже не меняется. Они очень хотят Трампа как-нибудь умаслить всякими заявлениями и демонстрацией лояльности, но они не хотят ввязываться в эту дрянь, которую он затеял, потому что, во-первых, очевидно, что это ничего не дает (это и Трампу очевидно тоже). А во-вторых, они, конечно же, про себя полагают это авантюрой, которая изначально была неправильной.
— А что касается места произнесения: попалась НАТО — значит, там. А как могут дальше развиваться события, например, в Ормузском проливе? КСИР все еще контролирует там проход судов.
— Будут развиваться ровно так же, как развивались до сих пор. КСИР все время напоминает о том, что не надо думать, что вы можете что-то сделать в обход нас. Американцы же должны демонстрировать, что за любое действие КСИР мы наносим удар возмездия. Эффективность этих действий, тех и других, разная. Особенность этого бизнеса в том, что пока существуют риски, никому не надо вылезать. То есть страховщики не будут страховать, пока вопрос не урегулирован. Поэтому лучше подождать. Так что Иран в этом смысле в позиции более выгодной. Иранцы пытаются добиться принятия своих условий, которые, я думаю, в конечном итоге будут прежде всего касаться материальной компенсации за проход через пролив. И пока они очень твердо на этом стоят.
— В контексте украинского конфликта это что означает? Будут какие-то последствия?
— А это означает только одно: тут же полезли опять цены на нефть вверх. Тут даже можно предположить, что не играют ли опять какие-нибудь его добрые друзья или родственники на бирже. Но это ненадолго. Сейчас они пошумят, утихомирятся — значит, опять цены на нефть пойдут вниз. И в этом смысле для нас это имеет значение. Все остальное, я думаю, никак не связано с Украиной.
Ранее Минфин США объявил о прекращении действия лицензии, разрешавшей проводить доставку, продажу и другие операции с нефтью и нефтепродуктами из Ирана. На фоне этой новости и после обмена ударами цены на нефть резко выросли.
Елена Супонина политолог, востоковед «Нынешнее нарушение перемирия между Ираном и США — одно из самых серьезных. Это говорит о том, что в иранском руководстве все-таки есть разногласия между тем политическим крылом, которое ведет переговоры, которое настаивает на том, чтобы перемирие соблюдалось, и отдельными генералами из Корпуса стражей исламской революции, которые полагают, что действовать надо более решительно. Если есть нарушения, на их взгляд, например по проходу судов в Ормузском проливе, по еще каким-то спорным моментам, то надо бить и надо действовать решительно. Все-таки сейчас нет сомнений, что перемирие было нарушено с иранской стороны. В ответ уже последовали действия американцев и новые действия иранцев. Все это проходит на фоне траурных мероприятий, во время которых люди кричат «Смерть Америке», «Смерть Израилю». Это призывы к мести, и это нарушение перемирия, это обстрел танкера в Ормузском проливе, который парадоксально оказался еще танкером, принадлежащим Катару, то есть государству, которое посредничает активно и сохраняет неплохие отношения с Ираном. Этот обстрел стал следствием этой нервозности. Толпа подогрела настроение в иранском военном командовании или в отдельных группах офицеров, одна из которых и совершила этот обстрел. Генералы считают, что имеют от народа четкий мандат, имеют большое поддержку населения, и этот мандат не только на ведение переговоров, даже и не столько на ведение переговоров, сколько на продолжение в случае необходимости боевых действий». 
