Елена Супонина

«Для Нетаньяху ситуация осложнилась. Конечно, ордер международного уголовного суда, это вещь неприятная. Израиль не подписал Римский статут, на основании которого действует Международный уголовный суд, и вообще не признает этого учреждения. Но тем не менее, это накладывает определенные ограничения на поездки тех политиков, которых это касается. И это серьезный имиджевый, морально-этический и дипломатический проигрыш для Израиля. Надо сказать, что израильтяне очень серьезно боролись и сражались даже за то, чтобы такого иска не было. Были пущены в ход все возможности, были задействованы связи Нетаньяху в Соединенных Штатах Америки, но ничего не помогло, мощнейший имиджевый удар по израильскому премьеру все-таки нанесен».

«Израиль четко к этому моменту продемонстрировал, что никакого решения проблемы Палестины не будет. Это расходится с внешнеполитическими установками Великобритании, Франции и Канады, но, конечно же, очень большую роль играют левые настроения в этих странах, а также давление со стороны мигрантских землячеств, мигрантских общин. Симпатии в этих кругах к палестинцам очень сильны, и так слабые правительства вынуждены реагировать на эти настроения. Ну а Израиль очень болезненно это воспринял еще и потому, что грядут в конце октября выборы, и на этих выборах будет решаться судьба правительства и судьба премьер-министра Израиля. Поэтому реакция — она даже не на экономическую составляющую: доля товаров с поселений в общем товарообороте между Великобританией и Израилем очень мала, речь идет о 40 с небольшим миллионах долларов на фоне большого товарооборота. Но реакция — политическая и символическая. Для Израиля главное, что американцы не приветствуют те решения, которые сейчас в отношении Израиля принимают Великобритания, Франция и Канада».

«Несколько вопросов, по которым можно добиться этого прогресса, это как раз вопрос иранской атомной программы. Иранцы после того, как, по сути, потеряли свои ядерные объекты в результате прошлогодних американо-израильских ударов, готовы официально приостановить эту атомную программу. Обсуждают они и возможность вывоза обогащенного урана в третьи страны. Здесь, между прочим, и предложение России может оказаться кстати, чтобы этот обогащенный уран оказался на территории России. Хотя пока американцы согласие на российское предложение не ответили, но оно остается в силе. Вопрос о сроках, насколько приостановить эту программу, может, реально обсуждается, как об этом и говорят некоторые утечки, наверняка намеренные, с переговоров. По каким еще вопросам могут быть достигнуты какие-то договоренности, хотя бы предварительно? Ну, в частности, по постепенному открытию Ормузского пролива и взамен — по частичному снятию санкций с Ирана. Но это будут не глобальные снятия, а скорее разморозка некоторых финансовых средств для Ирана, что тоже может хорошо быть воспринято иранскими переговорщиками, потому что речь идет о десятках, а то и сотнях миллионов долларов. По каким вопросам сложнее договориться? Это иранская ракетная программа и деятельность Ирана в регионе»