Украина не докопалась до питерского археолога. Комментарий Георгия Бовта

В конце ноября археолог Бутягин сообщил, что отправляется в Европу читать лекции. А уже в декабре ученого по запросу Украины задержали в Варшаве. Политолог рассуждает, почему Польша пошла на обмен

Археолог Александр Бутягин, задержанный в Польше, а также супруга российского военного из Приднестровья возвращаются в Россию в результате обмена на белорусско-польском участке границы. Бутягина задержали в декабре 2025 года, когда он приехал с лекцией в Варшаву в качестве завсектором археологии Северного Причерноморья отдела Античного мира Эрмитажа. Решение было принято на основании международного ордера на арест, который выдала Украина. Бутягин обвинялся в «уничтожении культурного наследия» при проведении археологических раскопок в Крыму. В середине марта суд в Варшаве удовлетворил запрос Украины об экстрадиции Бутягина. Теперь россияне были обменяны на двух кадровых офицеров молдавской спецслужбы. В ФСБ РФ заявили, что возвращение россиян «стало возможным благодаря многоэтапной операции, проведенной Федеральной службой безопасности Российской Федерации совместно с КГБ Республики Беларусь». Как готовилась эта многоходовая операция?

Обмен стал результатом взаимодействия спецслужб сразу нескольких стран. Польше на границе с Белоруссией передали пятерых — среди них белорусский оппозиционер Анджей Почобут, глава Союза поляков Белоруссии, много лет проведший в заключении по политическим обвинениям. На польской границе Почобута лично встречал премьер страны Дональд Туск, назвавший произошедшее «финалом двухлетней сложной дипломатической игры». Россия и Белоруссия получили своих пятерых: двое граждан России (Бутягин и супруга военнослужащего из Приднестровья) и трое белорусов, которых белорусская сторона характеризует как выполнявших «особо важные задания в интересах нацбезопасности».

Бутягин в этой истории попался, можно сказать, как кур в ощип, поскольку не был ни «политическим», ни тем более спецслужбистом. В Керчи он впервые побывал еще в 1985 году, школьником. И с тех пор мечтал попасть туда на раскопки. В том же году он записался в археологический кружок Ленинградского дворца пионеров. В начале 90-х с отличием окончил кафедру археологии, защитив диплом по теме «Строительные комплексы архаического Мирмекия». Именно за раскопки в этом древнем городе он и окажется в польской тюрьме. Античный Мирмекий на берегу Керченского пролива был основан ионийскими греками в первой половине VI века до нашей эры, впоследствии вошедший в состав Боспорского царства. Бутягин руководил его раскопками с 1999 года, сделав с тех пор немало открытий. В том числе после начала СВО экспедиция совместно с итальянскими коллегами обнаружила клад монет времен Александра Македонского. Никого из итальянцев, кстати, не преследовали. А все находки хранятся в Керчи. То есть Крым не покидали.

Однако в Киеве оценили ущерб от якобы незаконных раскопок с 2014 по 2019 годы в 200 млн гривен, о чем сообщение на сайте СБУ появилось еще в ноябре 2024 года. Имя не называлось, но точно называлась должность Бутягина. В апреле 2025 года киевский суд выдал ордер на арест. Бутягин настаивал, что продолжал работу в Крыму именно ради сохранения памятника и спасения его от мародеров. Причем ранее он свободно посещал Кипр, Италию, Чехию, Нидерланды и пересаживался в аэропортах Франции и Дании и ни разу не был задержан. Узнав об уголовном деле, возбужденном против него на Украине, он опрометчиво не стал консультироваться с юристами. За что поплатился арестом в Варшаве.

В марте 2026 года Окружной суд Варшавы удовлетворил запрос Украины об экстрадиции. Однако решение в силу так и не вступило, поскольку Бутягин подал апелляцию. К тому же по польским законам, даже если суд соглашается на экстрадицию, окончательное решение остается за министром юстиции, который вправе отказать в выдаче по политическим или гуманитарным соображениям. Также польские законы исходят из принципа двойной криминальности: деяние, за которое запрашивается экстрадиция, должно быть уголовным преступлением как по польскому, так и по праву запрашивающего государства. Это было самой слабой и уязвимой частью дела.

Почему Варшава пошла на обмен? Главным призом был Анджей Почобут, освобождения которого Польша добивалась пять лет. В 2025 году президент Кароль Навроцкий наградил его орденом Белого Орла — высшей государственной наградой страны. К тому же некоторые юристы указывали на процессуальные уязвимости дела: по ряду оценок, сроки по делу были нарушены, а само деяние, в котором обвиняли Бутягина, либо не является преступлением в том смысле, в котором требует польское право для экстрадиции, либо трактуется крайне спорно. Наконец, выдача ученого-гуманитария на Украину, которая находится в состоянии боевых действий, не нашла бы понимания у значительной части польского общества.

Молдавская линия обмена была встроена как отдельный, но взаимосвязанный трек: Кишинев искал российских граждан, на которых можно было бы выменять своих шпионов, по всему миру, и вот «срослось».

Роль Минска также была велика. КГБ республики вел переговоры с октября 2025 года. Для Польши иметь дело с Белоруссией, видимо, было также политически более приемлемо, чем с Россией, с которой напрямую поляки в данном случае не контактировали.

Сразу несколько источников — президент Молдовы Майя Санду, премьер Польши Дональд Туск, спецпосланник США в Беларуси Джон Коул — указали на участие американской стороны в организации обмена. Туск тоже прямо поблагодарил Вашингтон. И это тоже может являться частью политики Минска в последнее время, который использует вопросы подобных обменов для постепенного налаживания отношений с США.

Зато офис генпрокурора Украины не скрывает раздражения. Говорят, будут продолжать расследование заочно. Там обижены, что Варшава не посоветовалась с Киевом, поставив свои интересы выше. Ну а сам Бутягин теперь будет наверняка осторожнее относиться к поездкам в Европу с лекциями. К тому же Эрмитаж его вряд ли так легко выпустит в командировку.