Сергей Миронов

«McDonald’s взял человек, который забрал практически все рестораны и оставил небольшое количество ресторанов на франшизе. KFC покупает один из мелких франчайзеров, имеющий небольшое количество ресторанов, своими силами он не сможет диктовать свою волю рынку. Вторая проблема: люди, которые купили франшизу KFC, покупали именно мировой бренд. Это огромная мировая компания, которая все разрабатывает, все вывозит, делает меню, пошагово рассказывает, что ты должен завтра делать. И ты лишаешься этого, ты приобретаешь новый бренд Rostic's. Вместо этой мировой компании тебя начинает обслуживать небольшая компания из Сибири, а платить ты должен столько же. Третья проблема: в один день они не смогут изменить название. Те, кто был KFC, будут говорить: «Мы настоящие, а те, кто стал Rostic's, ненастоящие». Нет единой договоренности, поэтому убытки будут терпеть все, и, конечно, будут банкротства».

«Раньше магазины были магазинами, а сейчас в магазинах стоят по несколько столиков, они работают как общепит. При этом, что у них иной СанПиН, у них иные правила для торговли, и гораздо более выгодно, чем ресторан. Тут надо понимать, что если ты открыл кафе, то у тебя достаточно жесткие санитарные правила, ты должен соблюдать очень много разных правил. Человек не может открыть кафе без туалета. Посетитель должен где-то помыть руки, а СанПиН магазинов предполагает, что у них нет туалета, то есть там руки можно не мыть, там можно не соблюдать эти санитарные правила. Выгоднее, конечно, выстраивать бизнес, аналогичный ресторанному. Пока эта ситуация не изменится, магазины будут откусывать очень серьезно у ресторанного бизнеса. Кроме того, они доставляют готовую еду. Если раньше вы хотели поесть, не сходить в ресторан на день рождения, а поесть, вы либо шли в ресторанчик, либо заказывали доставку из ресторана. А сейчас вы можете заказать готовую еду из супермаркета».

основатель сети ресторанов «Мясо & рыба», председатель координационного совета Федерации рестораторов и отельеров Сергей Миронов «Это очень актуально, очень многие предприниматели, запуская детские кафе, хотели раньше использовать подобные образы из мультфильмов, но не могли это сделать, потому что понимали, что это авторские права и они защищены. Это [решение] дает дополнительные возможности, дает развитие. Все-таки те образы знают уже не дети, а люди постарше. С каждым годом актуальность подобной франшизы снижается. «38 попугаев», «Маугли»… Видели ли сегодняшние дети эти мультфильмы? Вопрос в первую очередь в этом. Поэтому чем раньше эта франшиза будет запущена, тем актуальнее она будет. Если мы еще подождем лет пять, это точно никому не будет нужно. В целом это интересный кейс. У нас действительно очень мало детских кафе — не потому, что никто не догадывается занять эту нишу. Это очень сложная ниша, она не особо рентабельная. Дети почти ничего не едят, они едят очень мало, ресторан не может заработать на этом. Плюс блюда детского меню по определению недорогие: не продашь ни устриц, ни шампанского. А объединять детское кафе со взрослым рестораном — это уже совсем другая игра. Тем не менее у нас есть развивающаяся сеть, возможно, это будет интересно. Здесь все зависит от работы дизайнеров, креативщиков, тех, кто будет разрабатывать саму концепцию заведения, поэтому тут прогнозировать никто ничего не может».