Российская Urals торгуется с премией около 8 долларов за баррель к Brent — такое соотношение цен сложилось впервые с июня. Происходит это на фоне обострения ситуации на Ближнем Востоке и дефицита сырья в Китае и Индии.

После остановки саудовского трубопровода Petroline в обход Ормуза азиатские покупатели лишились страховки, а баррель на Шанхайской бирже уже перевалил за 130 долларов.

Данные агентства Argus подтверждают перелом: если в западных портах Urals идет с дисконтом около 25 долларов, то в Азии скидки сменились премиями, цены стали трехзначными. В итоге цена для расчета налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) в сентябре — около 86 долларов за баррель против 67 долларов в августе. И заметно выше отсечки бюджетного правила в 59 долларов.

Рынок уже отреагировал на нефтяное ралли, комментирует начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-Траст» Олег Абелев:

Олег Абелев начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-Траст», кандидат экономических наук «Индекс Мосбиржи на этом фоне даже обновил максимум с конца июня. Лидерами роста были представители именно этого сектора: «Роснефть», «Газпром», «Новатэк», «Татнефть», «Лукойл». Логика простая. Когда Urals продается с премией к Brent, выручка экспортеров растет в долларовом выражении. Если это не полностью съедается укреплением рубля или ростом логистических затрат, то часть эффекта доходит до финрезультатов компании, а значит, и до дивидендов, то есть те компании, у которых низкие операционные расходы и стабильная дивидендная политика, типа «Татнефти», «Транснефти», «Новатэка», будут в этой ситуации в выигрыше. У бюджета ключевая проблема очень понятная: разрыв между ценой нефти и фактическими поступлениями. Нефтегазовые доходы за восемь месяцев этого года составили чуть больше 5 трлн рублей. Это, ну, примерно на 16% ниже прошлогоднего уровня. План на год — 8,9 трлн рублей. То есть при таком плане отставание к концу года может достичь примерно полтриллиона — 450-500 млрд. Почему дорогая нефть не спасает? Во-первых, крепкий рубль. Бюджет верстался исходя из курса 92,2 рубля за доллар, цены Urals — 59. Реальный курс оказался значительно ниже. В первом квартале 78 он был. Это съело часть рублевой выручки от экспорта. Укрепление рубля уменьшает доходы бюджета на 1,5, может быть, даже чуть больше триллиона рублей. Вторая причина — временной лаг. Минфин объясняет снижение доходов падением цен на нефть в четвертом квартале прошлого года и в первом квартале этого. Получается, что нефть, которая сейчас продается дорого, попадает в бюджет с задержкой, потому что налоги и пошлины платятся по факту реализации, а не по текущим котировкам. И поэтому тот факт высоких цен на нефть, которые сейчас мы видим, они повлияют на рубль в сторону его укрепления спустя только, наверное, месяца полтора-два. И три — это демпфер. Часть сверхдоходов от высоких цен на нефтепродукты уходит нефтяникам в виде демпферных выплат. Когда может измениться ситуация, чтобы дорогая нефть реально дошла до бюджета, должны совпасть несколько условий. Во-первых, Urals должна оставаться дорогой не неделю, а как минимум несколько месяцев. Тогда это отразится в налоговой базе за третий-четвертый квартал. Рубль не должен дальше укрепляться, а эти факторы друг другу в принципе противоречат, иначе долларовая премия будет нейтрализована, и цена отсечения по бюджетному правилу, которое сейчас 59 долларов за Urals, должна быть существенно выше, чтобы появились допдоходы, которые можно отправлять в резерв».

Brent дешевеет больше чем на 2% и торгуется в районе 103 долларов за баррель. Давление оказали данные Американского института нефти (API) о неожиданном росте запасов в США на 7 млн баррелей за неделю при прогнозе снижения почти на 2 млн.