«Пока стороны не исчерпали возможности для эскалации, ни о каких субстантивных переговорах речи быть не может. Когда обе стороны дойдут до предела своего эскалационного потенциала, станут возможны выходы на какие-то переговорные позиции, переговорные рамки. Потому что пока этот эскалационный потенциал не исчерпан, ни о каких переговорах говорить не приходится. Так что, безусловно, нас ждёт деэскалация, но путь к ней лежит через эскалацию».

«Не нужно обладать источниками в Кремле или Белом доме, чтобы понимать, что мы находимся в периоде эскалации и в периоде интенсификации этой самой эскалации. Дело в том, что переговоры по завершению российско-украинского конфликта фактически зашли в тупик. Каждая страна полагает, что продолжение боевых действий приведет или может привести к улучшению ситуации для нее, и потому единственным выходом из этой ситуации остается взаимная эскалация. Мы видим, что в ответ на атаки по логистическим объектам на территории РФ Россия фактически лишила Украину черноморского экспорта, так что понятно, что интенсификация — это то, что нас ждет дальше. В этом вопросе роль западных столиц, роль Вашингтона — в том числе это удержание этой эскалации в приемлемых рамках, сохранения ее в рамках российско- украинского противостояния, недопущения того, чтобы эта эскалация привела к прямому вооруженному конфликту между Россией и НАТО. И сейчас все пытаются перестраховаться таким образом, чтобы избежать сползания буквально в третью мировую войну. То есть, безусловно, нас ждет эскалация. Не очень понятно, куда она приведет. Единственное, что можно здесь делать, это, пожалуй, надеяться на благоразумие всех вовлеченных сторон, поскольку понятно, что сползание к прямому вооруженному конфликту России и Запада не отвечает ни интересам России, ни Запада».

«Для начала стоит сказать, что мы, конечно, не знаем фактических обстоятельств дела. Медиа сообщают, что неназванным гражданином США, которого планировали ликвидировать, мог быть один из координаторов или организаторов терактов на территории России. Здесь стоит сказать, что как сама ликвидация такого рода преступников, так и сообщение о том, что, грубо говоря, охота за ними ведётся, уже достигает своей цели: другие люди понимают, что если они будут участвовать в подобной преступной деятельности, планировать теракты или каким-либо образом принимать участие в их организации и проведении, то спокойной жизни им не будет. Даже если такой план существовал — а мы знаем, что иногда происходят такого рода точечные ликвидации, и для спецслужб в целом это обычная практика, — то в любом случае частично миссия выполнена. Те люди, которые задумают нести России угрозу, тем более путём организации террористических актов, знают, что в покое их, в общем-то, не оставят. При этом, повторюсь, мы не знаем обстоятельств дела. Безусловно, эти заявления ложатся в логику «российской угрозы», которую необходимо постоянно подпитывать — как заявлениями о подготовке каких-то диверсий в немецких аэропортах (которые, как мы понимаем, вполне могут быть и провокациями со стороны Украины), так и подобного рода сообщениями, которые мы сегодня видим из Польши. Так что здесь логика, безусловно, довольно ясна».

«Позиция США в этом плане осталась прежней: они хотели бы завершить конфликт на взаимоприемлемых условиях. Взаимоприемлемые условия предполагают, что США готовы стимулировать и одну, и другую сторону, но не готовы давить, не готовы вставать на позиции той или иной страны для совместного давления. Владимир Зеленский неоднократно заявлял, что в рамках его плана США должны помочь Украине надавить на Россию. Такая формулировка неприемлема для Дональда Трампа, поскольку предполагает значительное ухудшение отношений России и США. А эти отношения, как мы сейчас видим, в общем-то, ценят в обеих столицах. Поэтому я полагаю, что в ближайшее время мы продолжим жить в этой логике эскалации, и когда какая-либо из сторон поймет, что пришло время идти на уступки, что эти уступки будут более выгодны, чем продолжение боевых действий, тогда мы, соответственно, получим какое-то продвижение в переговорах. Американская администрация по-прежнему заинтересована в том, чтобы оставаться хотя бы частично неким медиатором, некой средней стороной и не объединяться с какой-либо из сторон конфликта, так что позиция США в этом плане неизменна: они хотели бы завершения конфликта, но не поражения России или не поражения Украины».

«Очевидно, Россия выделяет Соединённые Штаты Америки из всего сонма западных государств. Россия показывает, что американцы могут взаимодействовать с ней и что Россия не является для США экзистенциальным противником. Таковым противником её не считает и Дональд Трамп, и освобождение вот этого заключённого, его помилование может быть использовано Дональдом Трампом для внутриполитических целей. Ему крайне важно показывать, что он сильный президент, что он добивается результатов, и особенно в том, что касается возвращения американцев домой. Это тема, которая близка его коренному электорату. Мы знаем, что Дональд Трамп высоко ценит такого рода личные жесты, и он понимает, что вот этот человек, заключённый Роберт Гилман, был отпущен, потому что Трамп об этом попросили члены его команды, а не просто Соединённые Штаты Америки. Очевидно, отпуская этого человека, Россия, в общем-то, приобрела дополнительные дипломатические очки в глазах Дональда Трампа. А учитывая, что вокруг американского президента ведётся такая длительная кампания со всех сторон по переманиванию его на свою сторону, – такое, знаете, перетягивание Дональда Трампа, – то, безусловно, Россия получает здесь, в общем-то, из не самой чувствительной уступки довольно ощутимые политические дипломатические очки».