«Я думаю, что есть несколько аспектов. Первый — это рынок труда. Мы видим, что дизайнеры, мидл-менеджеры, помощники менеджеров уже теряют свою работу, теряют работу люди, которые работают в креативных индустриях, сценаристы. Не все, понятное дело, что именно сценарные комнаты, что называется, когда у нас 4-12 человек работают над одной серией сериала, но все равно они уже теряют свою работу. И сейчас берут, что называется, мега-майндов — одного крупного сценариста, который может пока еще потягаться с ChatGPT. Заменит он сценаристов или нет — это вечный вопрос, потому что еще Hollywood защищается в лице различных гильдий, профсоюзов, но в любом случае именно творческий процесс сегодня сильно подменяется. Мы видим это на примере крупной компании, которая издает комиксы Marvel и, соответственно, экранизирует фильмы, где недавно уволили всех основных ведущих художников и заменили их на ИИ. Просто наняли себе новый отдел вместо старых своих художников и людей, которые генерировали всю эту 3D-анимацию. И мне кажется, что для любого американского президента вопрос рабочих мест — это буквально вопрос того, как оценивают его деятельность и, собственно, его президентство. Это первый аспект. То есть ИИ действительно убивает и забирает рабочие места. Второе — это вопрос этический, потому что администрация видит, что если ИИ настроить правильно, то границы, которые должны быть у американского, например, президента, очень сильно стираются. Здесь большой вопрос, насколько решения, которые будут основаны на мнении или генерации ИИ, будут соответствовать нормам и запросам избирателей. Мне пока кажется, что сама идея ограничений маловероятна, по крайней мере, в ближайший год-два. Плюс, если посмотреть, кто больше всего топит за это, то это именно Демократическая партия и такие политики, как Берни Сандерс. Вообще изначально он выступал против и за максимальное регулирование, потому что считает, что рынок труда изменится, это очень сильно скажется на рядовом американце, который и так себя сегодня не очень хорошо чувствует. Пока предпосылок для жесткой регуляции не вижу. Я думаю, что пока останется все так, потому что США и Китай находятся в технологическом соперничестве».

«В штате Огайо прошла самая интересная избирательная кампания. Там победил Вивек Рамасвами, с абсолютным количеством голосов опередив своего оппонента. Что самое интересное, победил во всех избирательных округах— это большая редкость. При этом это крайне консервативный округ, а по происхождению он этнический индус, что тоже очень интересно, при этом еще и долларовый миллиардер, что очень часто вызывает у американских консерваторов много вопросов. До этого он был кандидатом на выборах в 2024 году, набрал примерно 4% в первых штатах и снялся в пользу Дональда Трампа. Стоял у истоков департамента эффективности вместе с Илоном Маском, потом его выдавили из этой истории, и он решил избираться и стать губернатором в своем родном штате, где, кстати, Джей Ди Вэнс в свое время был сенатором. Эта избирательная кампания показывает, что, во-первых, он смог договориться с местными элитами, потому что до этого они его не поддерживали. Более того, когда было вакантное место в сенат, они его не поддержали и не предоставили это место ему, а выдвинули более близкого к предыдущему губернатору человека. Поэтому мне кажется, что Вивек Рамасвами сейчас закрепляется в политическом истеблишменте Республиканской партии и, что самое главное, своего родного штата. Я бы даже смотрел не с позиции Дональда Трампа, потому что сам Трамп — известный кингмейкер: если он поддерживал кого-то на праймериз в 2022 году, то в 82% случаев они выигрывали эти праймериз, потому что роль личности Дональда Трампа на праймериз Республиканской партии очень важна. И сейчас это не сильно изменилось, несмотря на его низкие рейтинги — по разным оценкам, 33-36%. Сами праймериз показали, что зажигаются новые звездочки, и главной интригой было то, сможет ли Вивек Рамасвами победить, потому что последние полтора года он находился в забвении. Сейчас он претендует на позицию губернатора, причем с отличными шансами. По опросам он сейчас идет первый, иногда уступает, по некоторым опросам, демократам, но все равно пока что идет первым. Это очень важно, потому что потенциально это будущая дорога для поста президента. Как раз за этим стоит следить».

«Большая проблема в том, что у Дональда Трампа есть среднесрочный сценарий, краткосрочный, а долгосрочного сценария по Ирану нет. Это, во-первых, мы видим по тому, как началась эта военная кампания. А во-вторых, по тому, как идут сами переговоры. Мне кажется, что Дональд Трамп получает сигналы со стороны переговорных групп, причем как иранской, так и американской, о том, что договариваться пока нет возможности. Более того, мы видим, что Дональд Трамп мечется между двух огней, потому что, с одной стороны, он заявляет, что Иран — это вообще чуть ли не прокси Китая, хотя это абсолютно не так, но как бы они союзники по логике Трампа, и, мол, председатель Си лично его поблагодарит, когда он договорится с Ираном, потому что всем это будет выгодно. Основная проблема, что Дональд Трамп действует сиюминутно. И большая проблема с тем, что он не может обосновать, во-первых, ни своей собственной администрации, команде, как конкретно действовать дальше, ни тем более американскому народу. Мы видим, что, по некоторым вопросам, его рейтинг составляет уже 33–36%. Это очень мало. И я бы сказал, что для обеих его каденций это большой антирекорд. И самое главное, что это очень сильно бьет по эго Дональда Трампа. Как раз третья причина — это эго Дональда Трампа, потому что, мне кажется, сами эти переговоры выстраиваются следующим образом: я кинул в эту мясорубку Джей Ди Вэнса, посмотрим, выживет он или нет, а сам буду сиюминутно действовать и смотреть, как вообще развивается эта ситуация. И финально, мне кажется, что по тем ресурсам, которые Трамп мог задействовать, с одной стороны, у него вроде как есть и страны Персидского залива, которые могут быть посредниками, и есть другие страны, с которыми он готов договариваться. Он сам заявлял, что готов через Китай обсуждать все с Ираном, потому что Китай, по его мнению, влияет очень сильно на Иран. И Россия у него есть, которая сказала, что давайте мы этот обогащенный уран возьмем себе и, соответственно, обеим сторонам поможем договориться. И вроде, по сообщениям даже американских СМИ, например, The New York Times, Иран готов рассмотреть эту возможность, и Россия готова. Трамп сказал, что нет. Почему? Потому что в таком случае он выглядит как пораженец, как человек, который проиграл и, более того, попросил помощи у России, которая сейчас находится в российско-украинском конфликте, который Трамп как бы должен был сам разрешить. Поэтому пока я вижу, что это очень провальная кампания, и американский президент не может дать конкретного ответа на вопрос — а как из нее выйти?»

«Конфликт Дональда Трампа с папой римским — это конфликт, который вызывает очень много вопросов. То, что Дональд Трамп пытается сейчас предпринять, называется футбольной дипломатией. Пока что ощущение, у Трампа нет возможности быстро помириться, просто отправив новую команду взамен старой. Я думаю, тут негативное отношение, когда в турнир кто-то сверху влезает и пытается поменять игроков не на основе справедливости, а просто в силу политической воли. Я думаю, что это будет воспринято в любом случае не очень позитивно».

«Речь о человеке, у которого есть книга «Government Gangsters», что буквально переводится как «Правительственные гангстеры» или «Правительственные бандиты». В ней есть интересный список людей, которых нужно, буквально говоря, репрессировать или как минимум расследовать. Там, например, Джеймс Коми. Напомню, что против Джеймса Коми было открыто уголовное дело со стороны Пэм Бонди, которая недавно ушла в отставку. Это бывший генпрокурор, ушедшая из администрации Дональда Трампа. С точки зрения Трампа и Кэша Пателя, их отношения я бы назвал достаточно лояльными, но предположил бы, что Кэш Патель — один из кандидатов на выход из администрации Дональда Трампа. И на то есть много причин. Это, во-первых, репутационные скандалы, в которые он попадал последние полгода, плюс плохое расследование по «файлам Эпштейна». И, что самое главное, пиар-кампания вокруг расследования «файлов Эпштейна». Для Дональда Трампа существует такая психологическая опция: люди, которые постоянно попадают в скандалы, вызывают много вопросов. Он думает, что скандалы переходят на него — и это действительно так, особенно когда они связаны с его администрацией. Поэтому он предпочитает от них избавляться, потому что считает их лузерами. Сейчас Патель потенциально попадает в этот список вместе с Хегсетом, потому что у Кэша Пателя есть проблемы с реноме. Более того, он — MAGA-республиканец, а не просто республиканец. Это тоже большая разница — по тем средствам, которые они готовы или не готовы использовать против своих оппонентов. Ну и главное — это образ Кэша Пателя. По своему настрою он напоминает гангста-рэпера. Он готов словесно нападать на своих оппонентов, он достаточно лоялен лично Дональду Трампу, но не Республиканской партии».