«Хезболле» эта пауза тоже, безусловно, на руку, потому что это не та же «Хезболла», которая была раньше, даже по ее собственному признанию. Очень много потерь, очень много погибло людей, боевиков «Хезболлы», очень много арсеналов оружия обнаружено, очень много ликвидировано высокопоставленных боевиков, особенно на юге и там, где граница с Израилем. Вопрос, насколько долго это перемирие продлится и не будет ли оно сорвано в какой-то момент, это вопрос гипотетический. Я думаю, что, скорее всего, это шаткое перемирие сорвется и ситуация вернется к прежнему. По большому счету, война еще не закончилась. Все, что сейчас происходит, — это некое временное перемирие. Я уже слышал мнение нескольких достаточно авторитетных американских экспертов о том, что все равно Трамп и Нетаньяху ведут какую-то определенную игру, и конечная цель этой игры, как мне кажется, — это все-таки падение режима в Иране. Это будет не сейчас, но это вполне возможно, что в какой-то степени произойдет, учитывая тот серьезный экономический ущерб, который понес Иран, ему надо восстанавливаться. Что же касается победы или поражения, я думаю, еще последнего слова не сказано. Как говорил знаменитый Попандопуло из фильма «Свадьба в Малиновке»: «Чует мое сердце, что мы накануне грандиозного шухера».

««Хезболла» постоянно нарушает соглашение о прекращении огня. Порой это достаточно мелкие нарушения. Какое-то время было тихо, но северные границы до сих пор находятся в достаточно напряженном состоянии. И масло в огонь, на мой взгляд, конечно, подливает тот факт, что после удара беспилотника погибло сразу четверо человек из израильской армии, в том числе и крупный офицерский чин, подполковник, замкомандира батальона. Не ошибаюсь, и политическое руководство тогда дало указание открыть огонь. Более того, насколько мне известно, израильские РС наносили огонь, в частности, по тем районам южного Ливана, по которым они ранее не обстреливали. Но из-за того, что эта ситуация произошла, Израиль решил нанести ответный удар. Ранее американцы до этого говорили Ирану, что Израиль не планирует усиливать удары по югу Ливана. Дальнейшее развитие ситуации зависит именно от действий «Хезболлы». И, например, CNN тоже, который обычно достаточно пристрастно относится к Израилю, уже утверждает, что «Хезболла» нарушила режим прекращения огня. Собственно говоря, что и послужило причиной удара. Израиль, по данным CNN, в настоящий момент согласился не расширять операцию, но ожидает, в свою очередь, естественно, прекращения атак и обстрелов и со стороны «Хезболлы»».

«В Израиле по-разному, безусловно, отнеслись к описанию меморандумов. Есть те, кто считает, что эта сделка не отвечает интересам Израиля. Жестче всех высказал свою позицию известный рядом скандальных заявлений министр национальной безопасности Бен-Гвир, который сказал, что Израилю давно пора выйти из тени, что Израиль должен решать свои вопросы, касающиеся проблемы безопасности. Есть определенная часть публики Израиля, которая настроена достаточно миролюбиво. Скажем, это левый политический спектр, который приветствует сделку и говорит о том, что они согласны с Трампом, что эта сделка приведет к некой стабилизации ситуации в регионе. В то же время в Израиле раздаются голоса о том, что Трамп прогнулся перед Ираном, Иран все-таки добился своего благодаря в основном воинствующей риторике и, так сказать, активными действиями на разных фронтах. Есть те, кто оспаривают это мнение, считая, что Трамп поступил верно, решив заключить сделку. Главное, чтобы наступило перемирие, спокойствие, а там уже дальше видно будет. Не забудьте, что остался нерешенным вопрос с сектором Газа, там тоже было достигнуто определенное соглашение, которое должно было развиваться в три этапа, но которое пока еще дальше первого этапа не продвинулось. Главное условие, о котором все говорят, — это разоружение Хамаса, оно до сих пор не осуществлено. Я не очень понимаю, какие будет заявления нашего правительства, поскольку министры очень жестко критиковали эту сделку и говорили о том, что она явно не в интересах Израиля».

«Официальной реакции я еще пока не видел. Даже если она и будет, обычно на такие публикации канцелярия премьер-министра либо реагирует крайне неохотно, либо в достаточно краткой форме. Но я уже и так знаю, что будет объявлено, что на самом деле никакого отношения к реальному содержанию беседы это не имеет. На сегодняшний день Нетаньяху — единственный лидер в мире, с которым Трамп говорит чуть ли не два раза в неделю. О каком можно говорить охлаждении, ругани и так далее. Эти два человека прекрасно друг друга понимают и продолжают общаться. Никаких разногласий между ними на самом деле, насколько мне известно из источников, во время этих бесед обнаружено не было. Они уточняют детали, корректируют ситуацию, как сейчас, когда Трамп попросил, чтобы Израиль отменил выступления [против «Хезболлы»], при этом оставил свободу действия Израиля на территории юга Ливана, сохранив за ним право действовать на территории».

«Этот закон планировался давно. В пояснительной записке тех, кто вносил закон, говорится, что цель закона состоит в том, чтобы установить смертную казнь для террористов, совершивших смертельные террористические акты. То есть это люди, которые убили другого человека из намерения подорвать существование государства Израиль. Во-первых, о каких террористах идет речь, учитывая тот факт, что формулировки мотивации террористов достаточно размыты? Понятно, что речь идет о так называемом палестинском терроризме. Тем не менее евреи, граждане Израиля тоже подозревались в терроре по отношению к своим арабским гражданам, это в законе пока не прописано, и непонятно, кто будет определять и разделять между таким видом террора и другим видом. Надо понимать, что в Израиле три системы власти: законодательная, исполнительная и судебная. Судебная власть достаточно серьезно относится к законам, которые, по мнению судебной власти, в чем-то нарушают какие-то права человека или что-то в этом роде. Для этой цели существует так называемый Высший суд справедливости, или БАГАЦ, который рассматривает такого рода законы. В случае, если он считает, что принятый закон не соответствует так называемым основным законам государства Израиль, пусть даже большинством голосов он принят, суд может либо заморозить этот закон, либо дезавуировать его, либо вернуть его на доработку. Такой серьезный закон, как закон о смертной казни, вызвал действительно очень много споров. Есть люди, политики, общественные деятели, граждане Израиля, которые выступают против закона о смертной казни, считают его бесчеловечным, нарушением прав человека и многим другим. Те, кто, наоборот, поддерживает этот закон. Допустим, тот же Итамар Бен-Гвир, министр национальной безопасности, заявил, что это один из самых важных законов, принятых Кнессетом Израиля за последние годы, и он призван защитить наших детей. И, как говорил опять-таки тот же самый Бен-Гвир, что этот закон должен заставить наших противников тысячу раз подумать, прежде чем они решат причинить вред гражданам государства Израиль. Так ли это будет на самом деле, действительно ли принятие этого закона поспособствует каким-то образом прекращению или смягчению террористических акций, которых в Израиле, к сожалению, очень много, сказать трудно. Это своего рода еще некий символ того, что общество Израиля в большей своей части все-таки считает, что любой терроризм, особенно тот терроризм, который приводит к убийству многих людей, не должен оставаться безнаказанным, учитывая, что даже те, кто получает в случае наказания пожизненное, по истечении определенного времени могут выйти из тюрьмы. С другой стороны, есть люди, которые считают, что закон о смертной казни ничего не решит. Кроме этого, это, безусловно, вызовет определенный гнев со стороны международного сообщества, и уже были заявления ряда внешнеполитических европейских ведомств о том, что они выступают против принятия Израилем закона о смертной казни. Еще одна сложность этого закона состоит в том, что он не предусматривает возможность помилования лица, которое приговорено к смертной казни. Это в принципе противоречит международным конвенциям. И еще один момент: дело в том, что этот закон предусматривает какие-то определенные дефиниции между правосудием в отношении граждан Израиля и тех, кто живет на так называемых территориях Иудеи и Самарии, или, как его называют, еще Западный берег, и это тоже вызывает определенные вопросы. Министры внутренних дел ряда европейских стран заявили, что закон носит дискриминационный характер по отношению к палестинцам. Кто-то считает, что это вообще PR-маневр коалиции, который использует оправданную боль израильских граждан ради политической выгоды. Я уверен, что Высший суд справедливости наверняка этот закон заморозит».