«Токио за последние несколько месяцев резко увеличило антироссийскую и в целом агрессивную риторику, а США предполагают размещение в Японии новых образцов вооружения. При этом Токио, кстати говоря, в основном нападало в своих заявлениях именно на Китай. В этом смысле, как говорится, очень вовремя вспомнили российскую тему, потому что для Японии крайне важно ощущать себя обиженной, уязвленной в каких-то вещах страной, и это во многом является буквально частью национальной идеи. Естественно, это не улучшает отношения. Россия же, на мой взгляд, очень спокойно к этому относится, понимая, что покричат и остановятся, потому что, строго говоря, Япония находится в столь глубоком режиме санкций против России, что дальше усиливать уже практически невозможно».

«Довольно интересна сама по себе реакция Японии. Действительно российский президент впервые приезжает на Курилы, но при этом сам по себе визит является абсолютно закономерным с точки зрения того, что это российская территория. Россия не вкладывает в саму по себе поездку какие-то политические послания, политические месседжи, в то время как Япония это воспринимает как довольно сильное ужесточение позиции России по этому вопросу. Россия неоднократно делала заявления об усилении милитаристского курса Японии в последние несколько месяцев. В Японии, на мой взгляд, идет довольно серьезный раскол между представителями японского бизнеса, которые хотят установить нормальные отношения с Россией, сотрудничать, торговать, создавать совместные предприятия, в том числе и на территории российского Дальнего Востока (в этом смысле Россия абсолютно открыта для такого сотрудничества), и с другой стороны ультраправым крылом, которое считает, что нужно ограничиваться политическим давлением на Россию, вести себя абсолютно бескомпромиссно по отношению к четырем островам Курильской гряды. Японии надо самостоятельно решить, что ей выгодно. Сегодня Япония находится в непростой ситуации, учитывая прежде всего нехватку энергоресурсов и вообще общеполитическую ситуацию. Россия могла бы оказать очень большую помощь и поддержку. Но, конечно, без изменения политического курса Японии это сделать не может. Политика российского президента, на мой взгляд, транслирует другое - что Россия это рассматривает не только как российскую территорию, но как территорию развивающуюся. Поэтому это хорошее послание о том, что мы готовы развивать экономические, торговые и технологические отношения, но нам нужна взвешенная нормальная позиция Японии по политическим вопросам и, конечно же, снятие любых деклараций антироссийского характера».

«Они просто пересылают свои товары и, естественно, пытаются продвигать их ровно так, как могут. Более того, те китайские продавцы, с которыми мне удавалось лично поговорить, на мой взгляд, вообще, не очень понимают, что существуют определенные правила, законы. Они считают, что нарушение — ну, это вполне нормально в рамках конкурентной борьбы».

«Скорее всего, речь действительно пойдет о программном обеспечении, в том числе это облачные технологии, управление финансовыми потоками, искусственный интеллект. Китай теперь делает запросы на более высокие, более качественные, более современные процессоры. Я думаю, что Китай и США будут постепенно возвращаться к совместному технологическому лидерству. Безусловно, обсуждение ситуации вокруг Ирана является одной из ключевых тем для переговоров между Си Цзиньпином и Трампом, но как раз Китай не особо собирается давить на Иран, хотя бы потому, что то, что США настолько увязли в Иране, вообще в иранской кампании, во многом даже выгодно Китаю. Сейчас все карты у Китая, а не у США».

«Для американского бизнеса очень важно открыть границы, потому что страдают все: от американских сельхозпроизводителей до взаимодействия в области технологий. Такая странная изоляция Китая превращается еще и в изоляцию Америки от Китая. Я думаю, что бизнес занимает значительно более гибкую и более открытую позицию. Трамп готов вернуться к некому уровню отношений пяти-семи лет назад, когда Китай довольно активно размещал заказы в корпорации Boeing, активно сотрудничал с Nvidia. Но уже не факт, что сейчас Китай пойдет на такие сделки, учитывая ненадежность именно американской политики. Саммит будет очень непростым и по крайней мере не таким, как его задумывал Трамп изначально. Иранская ситуация полностью перемешала карты - не только США, но и Китаю. И разговор пойдет прежде всего именно об Иране. У США позиция такая, что ни один корабль не должен проходить через Ормузский пролив без разрешения США, но США будут настолько добры, что откроют их для китайских кораблей - естественно, в обмен на какие-то другие преференции. Не думаю, что китайская сторона готова пойти на такой простой размен. Она настаивает на снятии целого ряда тарифных барьеров, а также на допуске товаров многих китайских компаний на американский рынок. Будет сложная встреча. Скорее всего, обе стороны заявят о колоссальном прогрессе, но ситуация зависнет. Для того чтобы разрешать ситуацию с Китаем, у США сейчас просто нет серьезных рычагов. А у Китая нет серьезных рычагов давить на США».