«Разработчики тратят достаточно большое количество денег на генерацию, это недешевая история, я вас уверяю. Я не могу сказать, что гонорары топовых мировых артистов дешевле, это не так, но сама по себе технология генерации недешевая. Поэтому, если криэйторы будут генерировать нейрослоп, а пользователи это смотреть не будут, это быстро сойдет на нет».

«Наталья Касперская говорит, что законопроект до сих пор сырой. Но работа ведется, до его ввода в действие еще больше года. Поэтому, я надеюсь, еще не одна рабочая группа пройдет, доработки будут. Но, как и с любым отраслевым законопроектом, который принимается через большое количество согласований, это будет в итоге являться компромиссом между разными акторами, потому что там «Яндекс» хочет свое, «Сбер» хочет свое, кто-то хочет третье. И самое главное — важно не остановить развитие отрасли в России, потому что, если, [образно говоря], закрепить монопольное право, то это фиаско».

«Будет какой-то орган, который будет сертифицировать эти модели, присваивать им статус суверенных, национальных, любых других. Соответственно, «Сбер», «Яндекс» делают свои разработки, большие фундаментальные модели. У обеих этих компаний не одна модель, я вас уверяю. То, что мы видим в качестве GigaChat, например, там под ним работает три больших языковых модели. Тот же «Кандинский» — это тоже фундаментальная модель. Кроме «Сбера», «Яндекса» существует большое количество других разработчиков, которые занимаются построением моделей искусственного интеллекта в разных областях. Это и дообучение, и создание новых моделей с нуля. Вопрос не только в том, какие модели, но и, например, как размечены данные, соответствуют ли они российскому законодательству, соответствуют ли они русской культуре и прочие вещи, которые достаточно тонкие. Некоторые вообще находятся до сих пор в серой зоне, и закон тоже должен будет охватить. Действительно, очень многое вынесено в подзаконные акты».

«Нейросети — трансформерная архитектура, которая лежит в основе больших языковых моделей. Они устроены таким образом, что они продолжают тот текст, который вы туда написали. Вам это только кажется, что вы им вопрос задаете, а они вам ответ отвечают. Нет, оно работает не так: вы просто пишете какой-то текст, а большая языковая модель его продолжает, причем делает это вероятностно. То есть она выбирает слово за словом, которое может продолжать этот текст, делая это на некой вероятностной основе. Поэтому ответ больших языковых моделей на один и тот же вопрос может быть разным, и он обычно разный всегда. Если мы говорим про конкретную семью конкретного человека: он заплатил деньги за билеты и не проверил, что ему насоветовала модель. Из-за этого попал впросак. Он сам виноват, не модель виновата, никто не виноват, кроме него самого. То, что человек использовал какую-то старую модель, которая не имеет доступа в интернет, не может посмотреть конкретные источники, подтвердить их, — ну, это опять показывает, что человек пользуется инструментами трехлетней давности. Сегодня ни одна нормальная модель, ни одна платформа, обвязка, агентная система не сможет дать вот такой непроверенный ответ. Во-первых, они сами проверяют себя, чаще всего. А во-вторых, их информация, которую они дают, основана на официальных источниках, и, более того, они дают ссылки на эти источники, и туда можно зайти, посмотреть, правда ли виза не нужна, и, более того, проверить, что за источник, насколько он авторитетный».

«Самый мощный — Claude Opus, уже версия 4.7. вышла. Вообще, да, это самая мощная большая языковая модель из всех, которые я видел. Несколько моих коллег, действительно, сообщили мне в частном разговоре, что их аккаунты блокируют. Какие-то правила, у них появились, фиксации, что если пользователь заходит с разных VPN, с разных IP-адресов и так далее, то прямой доступ они блокируют. Я думаю, там просто какая-то чистка пошла. Про массовые блокировки я не слышал, но по внутренней политике Anthropic, они доступ гражданам России не предоставляют».