«Те, кто накручивает отзывы, используют сервисы, которые помогают подменять координаты. И тот же самый «Яндекс» увидит, что вы по этим координатам были, он отзыв опубликует, хотя де-факто человек там не находился. Эта проблема не имеет решения. Тем более если количество модераторов со стороны площадки невелико. Поэтому они дополнительно делают достаточно жесткие правила по публикациям — в отзыве не должны упоминаться конкуренты и содержаться оскорбительные вещи. Это максимум, что может сделать платформа, если она серьезно не хочет инвестировать».

«Непосредственно для российских айпишников, соответственно, наших отечественных операторов долгое время была блокировка со стороны самого сервиса. Пользователи видели заглушку, что в вашей стране мы работать не хотим. Сейчас мы даже не можем получить доступа к этой заглушке с российского IP-адреса. Это говорит об ограничении на уровне оператора связи. А как это ограничение появилось? С помощью регулятора, по его требованию, — мы не знаем, но точно можно сказать, что это ограничение на уровне операторов связи. Я проверил через несколько операторов, у всех, у кого я проверял, ChatGPT недоступен. Это довольно странно. Если бы сами операторы по своей инициативе разом ограничили доступ, чисто технически можно придумать несколько сценариев, благодаря которым регулятор мог давно заблокировать тот же самый ChatGPT. Это происходит не только с нейронками. Большое количество сервисов блокируется с одной и другой стороны. Тут дело в том, что создана вся нормативная база для блокировки, но при этом отсутствует даже единое понимание, а что мы создаем и почему. Нейронки действительно создают массу угроз. Например, люди закачивают туда огромное количество корпоративных данных. Даже на уровне организации, я уверен, что девять из десяти организаций даже не занимались этим вопросом. То есть нет условного регламента работы с системами ИИ. Сотрудники закачивают туда базы данных клиентов, данные по зарплатам, по сотрудникам и так далее, чтобы получить какой-то результат, полезный для них. И с этим никто ничего не делал. И это даже как-то не обозначалось с высоких трибун. Это проблема».

«Предположим, компания предоставляет доступ некому ИИ-агенту внутри своей инфраструктуры. Соответственно, агент будет выполнять ту задачу, которую ему ставят. В данном случае речь, например, идет о составлении графиков. Если настройка доступов этому агенту произведена как-то неправильно, либо есть возможность обойти эти настройки, агент будет пытаться это делать — у него нет никаких моральных норм, этических норм, он просто будет выполнять свою техническую задачу. И что он сделает по дороге, никто, честно говоря, просто не знает. Он будет собирать все больше и больше данных. Чем больше данных он соберет, тем лучше для компании, которая производит данного агента. И тем хуже, наверное, для граждан, потому что их данные чисто технически утекают по крайней мере в эту компанию».

«Я не думаю, что будет какое-то массовое недовольство или непринятие искусственного интеллекта. Развитие человечества идет в эту сторону, это невозможно остановить. Но то же самое строительство центров обработки данных, особенно больших, это обязательно достаточно такая существенная логистика, это шум, появляющийся рост цены недвижимости, например, для отдельных регионов. В этом плане, конечно, определенные протесты могут быть, но это то, что касается именно физической истории, все, что касается такой онлайн-истории или IT в части вопроса искусственного интеллекта, в этом я проблем не вижу».

«Вообще, ситуация достаточно стандартная. В большинстве случаев компании узнают об утечке, когда уже появляются какие-то артефакты — либо на закрытых форумах, либо в Telegram. Это информация, которую они могут идентифицировать со своей собственной базой. Обычно это клиентская база. На самом деле, дело часто не во взломе, а в действиях сотрудников. В большинстве случаев именно так и происходит: кто-то из сотрудников получает данные о клиентах, данные карточек лояльности, и в дальнейшем по каким-то своим причинам публикует эту информацию. Соответственно, таких случаев действительно очень много. После того как появились поправки в закон о персональных данных и появились оборотные штрафы (или, по крайней мере, угроза их применения), это стало неким способом давления на компании. Однако проблема даже не в системе безопасности, а в наших принятых процедурах. К большому объёму информации получают доступ большое количество сотрудников — по бизнес-логике так сделать проще всего. Большинство компаний так и делали. Вводить какие-то ограничения — это удар по эффективности. Именно поэтому как делали, так и продолжают делать до сих пор. Действительно, больших штрафов за персональные данные нет. У нас есть несколько примеров, когда были применены штрафы за утечку, но там совершенно символические суммы. И это тоже создаёт определённую проблему».