«Падение нефтегазовых доходов обусловлено, вообще говоря, тремя вещами. Первая вещь — это сокращение объемов поставок за границу, в основном это санкционные и связанные с ними вещи. Вторая вещь — это цена на наши энергоносители на мировом рынке, которая, в общем, тоже в настоящий момент не радует. И третья вещь — это курс рубля, который неожиданно крепок. И, пожалуй, третий фактор едва ли не самый важный из упомянутых мною, так что это идеальный шторм, когда три независимых процесса слились воедино. И вот они сейчас действительно оказывают серьезное воздействие на общий совокупный объем доходов. Что-то может измениться, а что-то уже, по всей видимости, не изменится. Ну, я имею в виду, измениться могут цены на энергоносители, измениться может крепкий рубль, а вот объемы, потерянные контракты на западном направлении с европейскими покупателями, они, наверное, пропали для нас навсегда. Мы по сравнению с 2024 годом лишились нескольких триллионов рублей. Сумма потерь в этом году может дойти до 4-5 трлн рублей, так что вот эти деньги надо будет как-то компенсировать, и компенсируются они не за счет сокращения расходов, а за счет либо налогового администрирования, что обычно больших доходов тоже не приносит, либо за счет повышения другого налогообложения, что мы уже наблюдаем как основной источник закрытия вот этой дыры».

«Сейчас же рубль относительно крепкий, поэтому вполне возможно, что импортированные товары могут быть дешевле производимых внутри страны. Это, кстати, большая угроза для внутренних производств. А так, временно бывают разные искажения цен, и, слава богу, цены потом устаканиваются, если не произошло чего-то совсем тектонического, и выглядят более-менее прилично».

«У нас довольно жесткий Трудовой кодекс, который в значительной мере стоит на страже прав трудящихся, даже когда сами трудящиеся этого не просят. И в данном случае, я думаю, мы имеем дело со смягчением нормы, когда вроде бы, с одной стороны, работодатель хочет, а с другой стороны, трудящийся не против, а законодательство им запрещает. То есть толкает на нарушение закона в условиях, когда может быть заключена взаимовыгодная. В отраслях, в которых действительно дефицит кадров ощущается очень острый, он будет, наверное, ощущаться еще какое-то время. В нынешней ситуации речь идет в первую очередь об отраслях материального производства, и всевозможном ручном труде. Возможно, в первую очередь идет речь об отраслях, связанных с военно-промышленным комплексом в нынешних условиях, и действительно есть разные нормы, которые препятствуют взаимовыгодным сделкам между работодателем и работником, которые не нарушают ничьих третьих прав. Лучше, чтобы разрешено было больше, чтобы люди, которые намерены соблюдать закон, не нарушали его. А когда люди хотят нарушить закон, они все равно нарушат, поверьте».

«Строго говоря, такая разносортица очень широкая: электронное оборудование, оборудование с применением каких-то компонентов. И это оборудование действительно имеет разную цену, разную стоимость. И если делать серьезный сбор, то это будет действительно запретительно для многих видов товаров. А если делать его мелким, то он не окупится в административном смысле. Так что сравнивая с автомобилем, автомобиль — это дорогой агрегат, который все хотят иметь, и от другого агрегата, наверное, ограничивая предложение, можно каким-то образом собирать фискально определенный сбор. Здесь я, честно говоря, даже не представляю, как все это административно будет организовано и как все это будет работать. Лепить марки «Честного знака» и связывать это с будущим фискальным бременем, наверное, возможно, но боюсь, что данная инициатива скорее обернется повышенными издержками, нежели серьезными изменениями для того, чтобы кого-то защитить или что-то профинансировать».

«Судя по всему, экономика находится на хорошем темпе охлаждения, и возможно, что из контролируемого охлаждения она перешла в зону неконтролируемого. Поскольку мы видим сейчас картинку, которая была у нас за окном вчера, а то, что у нас за окном сегодня, это, скорее всего, либо ноль, либо уже действительно рецессия, и это подкрепляется всеми другими индикаторами. Поэтому становится понятно принятием ЦБ решения все-таки о снижение ставки, а не оставление ее на прежнем уровне. К декабрьскому заседанию накопится много новой информации, и будет видно, что происходит с экономикой с большими подробностями. Но, скорее всего, если этот тренд продолжится, декабрьское смягчение тоже, по-видимому, состоится так же, как и только что состоявшееся смягчение по причине, что замедляться экономике больше некуда, она уже переходит в зону спада. А это означает, что пора переходить от резко сдерживающей политики к какой-то другой, более нейтральный. Банк России действует с прицелом на будущее, и он смотрит на события с учетом временных лагов, поэтому точное цифровое значение вам сказать не могу, но, скорее всего, снижение продолжится».