«Reuters передает, что есть некие виртуальные разногласия между Германией и США по этому вопросу, хотя в самой информации я противоречий никак не нашел, на мой взгляд, позиция у них примерно одинаковая, никто из них не верит ни в какую войну. На мой взгляд, обсуждать есть что, прежде всего, откуда эта ситуация появилась. Конечно, Германия может задействовать рычаги, для этого ей нужно объявить, что Украина действительно не выполняет «Минск-2», и что действительно на нее нужно оказать давление, что и предыдущее руководство, и нынешнее в принципе делать не хотят. Главный интерес здесь получается в том, что Германия действительно хочет деэскалации, но как всегда она хочет, чтобы все это происходило за счет России: давайте не будете реагировать, тогда, вполне возможно, ситуация будет спокойной. Все время уступать нельзя. Германия и Франция поручились за Украину. Если Германия действительно хочет деэскалации, она должна оказывать на Украину давление, давление на Украину она оказывать не хочет, поэтому все эти годы переговоры ни о чем, и никакого продвижения по Минским соглашениям по сути не было, поэтому этого не будет и дальше, и вся эта медийная возня вокруг того, будет ли война или не будет войны, будет продолжаться».

«Он предполагал, что тем самым он будет минимизировать ущерб от своей деятельности, деятельности своих политических сторонников. Тогда необходимо вообще осуждать всех тех, кто был связан с «Солидарностью» того периода. А это само по себе неправильно, потому что «Солидарность» победила. Польша активно избавилась от коммунизма, нынешние левые вообще никакого влияния в Польше не имеют. И поэтому каждый раз, когда кто-то пытается вернуться к тому, что происходило совершенно в другую историческую эпоху, — это просто попытка личных разборок». Л

«Я допускаю, что США разрешат французам что-то построить в Южной Корее в качестве компенсации. На сегодняшний момент этот вариант носит виртуальный характер, но теоретически он возможен. Французы, что называется, разгалделись, американцы будут обсуждать вопрос, что им нужно что-то компенсировать. Вполне возможно, что они чем-то это компенсируют отчасти. Конечно, 50 млрд они (французы) не получат, а пять-десять — вполне возможно. Чтобы они не выступали, не кричали о том, что сейчас создадут европейскую армию, а сидели тихо и брали, что дают. А что касается Франции, ей просто показали ее место, которое уже ниже некуда, а Соединенные Штаты захотели у них забрать деньги, забрали и даже не посчитали нужным с ними этот вопрос обсудить предварительно, просто взяли и забрали - ничего личного, только бизнес. Но, безусловно, американцы поняли, что они немножко перестарались, и будут пытаться вернуть отношение в то состояние, в котором они официально были до этого. А что касается гонки вооружений, в которой участвуют, прежде всего, Россия, США и Китай, она будет продолжаться и дальше».

«Если мы говорим о политической функции, то это как раз относится к генеральному секретарю НАТО, и эта должность принадлежит по обычному раскладу европейцам. Если мы говорим о военном командовании, то эта должность принадлежит американцам. Участие европейцев в военном командовании сильно ограничено. Поэтому если мы говорим о политическом сотрудничестве с НАТО, то эта должность имеет какое-то значение, если мы говорим о военном сотрудничестве или противодействии, то эта должность обычно никакого значения не имеет, а все эти решения по военной части принимаются в Вашингтоне. Что касается политической компоненты, она достаточно стабильная, известная и предполагает главную идею — это сплочение стран НАТО и, возможно, вопрос о расширении НАТО. Если руководителями политической организации НАТО станут представители Прибалтики, возможно, расширение НАТО будет более громко звучать, об этом будут чаще говорить, но решение опять-таки будут принимать не они. Решение о расширении НАТО на сегодняшний момент не принято и принято в ближайшее время не будет, прежде всего потому, что в Вашингтоне понимают, что это переход серьезных красных линий, и после этого говорить о каких-то контактах или договоренностях с Россией будет еще сложнее. Поэтому России абсолютно безразлично, кто будет руководить этой организацией. Что касается Фога Расмуссена (генеральный секретарь НАТО в 2009–2014 годах — BFM, он никак в дружбе с Россией замечен не был, но и серьезного ухудшения российско-западных отношений при нем тоже не было, хотя бы потому, что он ничего не решал. Что касается следующего [генсека] — можно не сомневаться в том, что России это не очень понравится. Ну, собственно говоря, к этому уже все привыкли».

«Для России, конечно, это несет дополнительный риск, если будет новый пролив, который не будет подлежать юрисдикции, соглашению Монтрё. Если Турция сама будет регулировать доступ кораблей в Черное море — это, конечно, для России новая ситуация. Собственно, поэтому Россия считает дипломатию, движение на турецком направлении очень важным. Россия здесь может только соглашаться, в принципе, задавать вопросы, но Россия считает, что общение с Турцией само по себе настолько важно, что нужно принимать ситуацию такой, какая она есть».