«Продолжающийся рост цен на нефть на мировых рынках беспокоит американскую администрацию в контексте осенних выборов: всё это будет разгонять цены на американских заправках. Я вовсе не считаю, что внутриполитические соображения являются основным моментом с точки зрения определения дальнейших действий Трампа на Ближнем Востоке, победа на промежуточных выборах не является задачей номер один, но сбрасывать со счетов эти расклады он тоже не может. Поэтому Соединённые Штаты, с одной стороны, решая свои энергетические, экономические и политические задачи войной в Иране, всё-таки не забывают и о внутренней политике. И поэтому почему бы, собственно, не попытаться словесными интервенциями немножко сдержать рост мировых цен, которые всё-таки становятся уже более заметными, поскольку и сам военный конфликт затягивается, и внятных сроков его завершения администрация Трампа не называет. Поэтому я думаю, что всерьёз рассуждать о том, что Соединённые Штаты будут снимать санкции с России... Ну, это супернаивно. Естественно, никакого снятия санкций не будет, но на словах заявлять об этом вполне можно. Но на самом-то деле речь идёт не о снятии санкций. Речь идёт о смягчении санкций. А что такое смягчение санкций? Смягчение санкций в логике Соединённых Штатов — это выдача временных разрешений на их неприменение. Вот это называется смягчением санкционной политики. И вот это пытаются российские сторонники «духа Анкариджа» выдать за какой-то серьёзный прогресс в российско-американских отношениях. Яркий пример вот такого смягчения санкций — это тридцатидневное разрешение Индии покупать российскую нефть, да и то с огромной кучей оговорок, что это может быть только покупка нефти с танкеров, которые уже были загружены. Вот эти знаменитые морские баррели Индия может покупать, которых более 150 млн баррелей скопилось. То есть нефть в танкерах, которые не называли конечный порт прибытия и находились в мировом океане в расчёте на то, что всё-таки собственник нефти найдёт покупателя. Вот эту нефть теперь Индия 30 дней может покупать. Вообще-то выглядит как такое довольно циничное издевательство, потому что мы-то всё время настаивали на том, чтобы Индия вообще заявила о том, что тарифное давление, санкционное давление на суверенную страну недопустимо. А тут получается, что Индия рада тому, что Соединённые Штаты разрешили легально 30 дней нефть российскую покупать. Индия и так на самом деле не прекращала закупок российской нефти, но сейчас будет определённое возвращение российской нефти на рынок Индии. Но ещё раз подчеркну: Соединённые Штаты вот это называют смягчением санкционных ограничений. Они пытаются за счёт этой фразеологии подать сигнал рынку, что ценам расти быстро не нужно, что здесь есть некие механизмы, которые позволят не допустить физического дефицита нефти на рынке. И вот эта уже известная идея, что якобы нам удастся экономику обменять на поддержку Соединённых Штатов по украинскому треку, абсолютно нереалистична. С точки зрения энергетики совершенно очевидно, что США рассматривали и продолжают рассматривать Россию как очевидного конкурента на глобальном рынке нефти, на глобальном рынке газа. И в этом плане санкционное давление реальное никто снимать не собирается».

«Конечно, вопрос восстановления поставок по «Дружбе» — это не технический вопрос, а уже вопрос исключительно политический. Конфликт вышел на уровень ссоры Ивана Ивановича с Иваном Никифоровичем, когда никто уступать уже не желает. У Орбана нашлись довольно серьезные аргументы, Орбан заблокировал и принятие 20-го пакета санкций, и выделение 90 млрд для Украины, что и вызывает такую нервную реакцию Зеленского. Я думаю, что Брюссель попытается убедить Зеленского все-таки начать транзит, мотивируя это следующим: давай сейчас все-таки не будем эскалировать конфликт. Почему? Потому что нужно принять 20-й пакет. Тут даже вопрос не в 90 млрд, а в 20-м пакете. Это ведь тоже политическая оплеуха для Брюсселя — к 24 февраля 20-го пакета не было».

«Конечно, вопрос восстановления поставок по «Дружбе» — это не технический вопрос, а вопрос уже исключительно политический. Венгрия уверяет, что нефтепровод находится в исправном состоянии, при этом апеллирует к данным со спутников. Украина уверяет, что нет, но при этом не пускает на свою территорию ни венгерские, ни брюссельские инспекции. Конфликт вышел на уровень ссоры Ивана Ивановича с Иваном Никифоровичем, когда никто уступать уже не желает. У Орбана нашлись довольно серьезные аргументы, Орбан заблокировал и принятие 20 пакета санкций. Правда, там были и другие интересанты, но тем не менее Венгрия во многом пока играет в этой истории центральную роль, ну и выделение 90 млрд для Украины, что и вызывает такую нервную реакцию Зеленского. Я думаю, что Брюссель попытается убедить Зеленского все-таки начать транзит, мотивируя это следующим, что давай сейчас все-таки не будем этот конфликт эскалировать. Почему? Потому что нужно принять 20 пакет. Тут даже вопрос не в 90 млрд, а в 20 пакете. Это ведь тоже такая политическая плюха для Брюсселя, что к 24 февраля 20 пакета не было. Сейчас откроем транзит, изберем Мадьяра, уберем Орбана, а потом уже сам Мадьяр заявит, что российская нефть Венгрии не нужна. Мадьяр идет под лозунгами «Мы устали от Орбана», в этом плане экономика его не волнует, и он с удовольствием возьмет на вооружение брюссельскую политику, в том числе и энергетическую. Поэтому Брюссель может предлагать такую схему Киеву. Что касается России, на самом деле мы по южной ветке в год поставляли примерно 5 млн тонн нефти. Это не столь критично с учетом того, что нас фактически полностью убрали с европейского рынка. Тем не менее, конечно, для нас любые поставки имеют значение, хотя сейчас наблюдается интересное явление, что добыча в России не растет, а морской экспорт, несмотря на американские санкции, в феврале, марте подрос и находится на достаточно высоком уровне. В том числе, возможно, объемы, которые раньше шли по «Дружбе», они сейчас перекидываются на морские поставки. То есть в этом плане эта нефть все равно попадает на рынки. Хотя тоже, конечно, вопрос ценообразования. Сколько нефть с дисконтами стоит на рынке Китая или Индии и по каким ценам поставки идут в Венгрию».

«Все обратили внимание на рост стоимости газа на европейских хабах, но если взять азиатские рынки, скажем индекс JKM, он уже под 800 долларов в пересчете на 1000 кубов. Конечно, в Соединенных Штатах цены совершенно иные, потому что США газ экспортируют, а не импортируют. Перспективы дальнейшего роста цен целиком зависят от продолжительности активной военной фазы нового конфликта на Ближнем Востоке. Мы не знаем характер повреждений на СПГ-заводах Катара. Тут тоже вопрос — действительно ли нанесен какой-то серьезный ущерб или же закрытие произошло в связи с тем, что вывоз газа с катарских заводов невозможен в силу перекрытия Ормузского пролива? Цена могла бы быть и намного выше. Я напомню, что в 2022 году цены скакнули гораздо существеннее. Что касается слов Путина, на самом деле, уже давно и «Газпром», и «Новатэк» пытаются реализовывать подобную политику. То есть совершенно очевидно, что «Газпром» не цепляется за европейский рынок. То есть те поставки, которые сохраняются, он их ведет. Но понятно, что «Газпром» продолжает активные переговоры с Китаем по «Силе Сибири — 2». Кстати, «Газпром», я думаю, вправе рассчитывать на то, что война в Иране может способствовать тому, что Китай ускорит подписание именно контракта, а не просто каких-то юридически обязывающих документов. Сейчас в полный рост заявляет о себе терроризм на море. Правда, в отношении трубопроводов, к сожалению, террористические истории тоже были. Но если военные перекрытия проливов, терроризм в отношении морских судов, захваты танкеров будет распространяться, тогда тоже будет большой вопрос, является ли СПГ надежным вариантом с точки зрения обеспечения и спроса, и предложения. В случае с Китаем поставки по газопроводам из России выглядят все-таки более надежным вариантом, чем поставки того же СПГ».

«Для России, если цинично подходить к ситуации, рост цен выгоден. Но очевидно также, если мы будем говорить о возможной смене власти в Иране, стратегически, конечно, ситуация для нас проигрышная. Именно Россия является стратегическим конкурентом на этом рынке, которого тоже нужно убирать. Понятно, что основное санкционное давление по прежнему будет на Россию как на поставщика нефти, и, кстати, газа тоже. Если все-таки Соединенным Штатам удастся склонить действующие иранские власти к какому-то сотрудничеству и если они начнут выводить их из-под санкционного давления, для нас это очень опасная история, потому что мы прямые конкуренты Соединенным Штатам на рынке углеводородов, нас они с этого рынка выкидывают уже давно и системно, и в этом плане лично у меня никаких иллюзий нет».