Сегодня в программе «С теми, кто в теме»: Россия и Азербайджан — кризис пройден, бизнес развивается, а люди не стали относиться друг к другу хуже. Но есть нюансы
Фото: Руслан Шамуков/ТАСС
Россия и Азербайджан частично восстанавливают авиасообщение. А на недавно прошедшем Шушинском медиафоруме президент Азербайджана Ильхам Алиев и вовсе заявил, что кризис в отношениях с Россией завершен и отношения полностью нормализовались. Но и в этой теме есть нюансы, которые радиостанция Бизнес ФМ решила обсудить с азербайджанским политологом Ильгаром Велизаде.
Ильгар Максудович, начать хотелось бы с очень простого вопроса: а что, собственно, случилось?
Ильгар Велизаде: Если брать чистую хронологию, то в апреле этого года МИД Азербайджана и России выступили с совместным заявлением, где была прояснена ситуация. Все вопросы, которые были после катастрофы азербайджанского авиалайнера в декабре 2024 года, нашли свое полное разрешение. В частности, вопросы, связанные с компенсацией азербайджанскому государству и семьям пострадавших, — вот эти вопросы полностью решены. Но вот то, что сейчас президент Азербайджана об этом сказал, в общем-то, информационный повод для этого соответствующий подоспел.
Ну, опять, площадки, можно сказать, не было. Сейчас нашлась площадка.
Ильгар Велизаде: Да, да, да, совершенно верно.
Тогда, возвращаясь, собственно, к площадке, — очень сложно в России было не обратить внимание на то, что президент Алиев все-таки на этом же форуме допустил ряд высказываний, которые, ну, в Москве, давайте вот вещи называть своими именами, явно неприятные. Например, язвительные комментарии господина Алиева о российских журналистах, которые лишились работы или получили статус иноагентов после позитивных высказываний об Азербайджане, или совет Киеву — вот тут я дам прямую цитату Ильхама Алиева: «Никогда не соглашаться на оккупацию». Вот как эти острые заявления, для Москвы острые, коррелируются с тезисом о полной нормализации отношений?
Ильгар Велизаде: Конечно, остаются разночтения по целому ряду вопросов, и, в общем-то, это и не скрывается. Но когда мы говорим о двусторонних отношениях применительно к собственно двусторонней повестке, то, исключительно исходя из двусторонней повестки, у нас нет проблем в двусторонних отношениях. Что касается журналистов, после того как представители российского медиасообщества, будем их так называть, в прошлом году выступили в традиционном ключе, подчеркнув роль и значение Азербайджана в текущей региональной политике, отметив личную роль президента Азербайджана в стабилизации ситуации в регионе, в Азербайджане действия в отношении этих лиц, в общем-то, тоже вызвали очень много вопросов. С каких пор позитивная оценка Азербайджана является триггером или же условием для того, чтобы в отношении этих лиц, лиц, которые это высказывают, принимали такие жесткие меры? Что касается позиции президента Азербайджана по конфликту между Россией и Украиной, здесь нужно сказать, что президент Азербайджана в достаточно откровенной форме выразил свою позицию. Но территориальная целостность Украины, в общем-то, в этом понимании — это как бы общее место для очень многих государств, опять же, включая союзников или же партнеров, близких Российской Федерации.
Мой вопрос был скорее про тональность.
Ильгар Велизаде: Наверное, следует адресовать этот вопрос больше российской стороне. Опять же, я обращаю внимание на совместную пресс-конференцию министров иностранных дел Азербайджана и России. Российский коллега министра иностранных дел Азербайджана на этом моменте не акцентировал свое внимание. Так что мы можем говорить о том, что на официальном уровне, по крайней мере, самое главное, этот вопрос можно считать исчерпанным. Что касается того, как люди воспринимают, — вы знаете, это уже, наверное, персональная реакция или персональная ответственность — как хотите это называть.
А вот, собственно, о реакции людей: очень интересно поговорить о том, насколько за время вот этого кризиса двусторонних отношений изменилось и изменилось ли отношение обычных азербайджанцев к обычным россиянам? Просто одни и те же новости у нас и у вас подаются под разным углом, и, соответственно, реакция, наверное, возникает разная. Вот на уровне человеческих отношений что вы видите?
Ильгар Велизаде: На мой личный взгляд, отношение к русским людям, будем так говорить, в Азербайджане не поменялось. В общем-то, я был неоднократно свидетелем того, как русские туристы приезжали в Баку, не только в Баку, в другие города, регионы Азербайджана, и сейчас приезжают. Никаких проблем с ними не возникало, никаких инцидентов не возникало. Я имею в виду каких-то бытовых инцидентов, какого-то всплеска насилия и так далее. Это не поменялось. Конечно, средства массовой информации несколько заостряют какие-то моменты. Это объективно. Но если посмотреть на поведение обычных людей, то нет, здесь никаких изменений не произошло. Это самое главное.
А что касается российского бизнеса, не появились ли какие-то дополнительные риски из-за напряжения на политическом уровне?
Ильгар Велизаде: Интерес бизнеса никуда не делся. Если мы обратим внимание на статистические показатели, то по итогам прошлого года, как ни парадоксально, был зафиксирован абсолютный рекорд в товарообороте между Азербайджаном и Россией — где-то 5 млрд долларов. Значит, ну вот вам и цифры, которые характеризуют нынешнюю ситуацию.
У меня есть еще один вопрос по двусторонним отношениям, и этот вопрос довольно чувствительный для российского общества. Это вопрос арестованных и в ряде случаев даже уже осужденных в Азербайджане российских айтишников. Вот сейчас, после этого потепления, после прохождения кризиса, о котором сказано на высшем уровне, как вы считаете, стоит ли ждать каких-то изменений в судьбе этих граждан?
Ильгар Велизаде: Вы знаете, смотрите, вот и президент Азербайджана об этом говорил, что на разных уровнях у нас сегодня активизировались контакты. Конечно, можно ожидать, что по линии правоохранительных органов тоже контакты будут активизированы. И, возможно, этот вопрос может, скажем, быть в повестке взаимоотношений правоохранительных органов. Я, конечно, сейчас не берусь точно говорить, будет это или не будет, но мы можем предполагать. И встречные вопросы со стороны азербайджанской общественности тоже возникают. Дело в том, что в отношении лидеров, особенно региональных лидеров азербайджанской диаспоры [в России] возбуждались уголовные дела, некоторых лишали российского гражданства. Я думаю, что в ходе этого диалога, который, возможно, может быть, в общем-то, все эти вопросы могут найти свое разрешение. Дело в том, что у нас есть соответствующая правовая база, которая позволяет нам решать различные вопросы различной степени сложности.
Ваше видение: Россия и Азербайджан через пять лет будут ближе друг к другу или дальше, чем сейчас?
Ильгар Велизаде: Очень, конечно, много зависит от тех процессов, которые происходят в мире. Мы знаем, что динамика достаточно тревожная. Но если мы отделим нашу чисто двустороннюю повестку от этой международной турбулентности, то, мне кажется, наш диалог неизбежно будет развиваться. Вот вы говорите: будем ли мы ближе или дальше друг от друга? Я географ по образованию, базовая специальность — география. Понимаете, география — это судьба. Мы не можем быть ни дальше, ни ближе, чем так, как мы сейчас находимся. Мы соседи. Мы соседи по Кавказу, мы соседи по Каспию. Это наше общее пространство. Мы не можем быть дальше, мы не можем быть ближе, мы всегда будем рядом.
Ну что ж, спасибо большое за исчерпывающие ответы.
