Обновлено в 12:20

Чуда не случилось. На промежуточных выборах в США демократы, как и ожидалось, берут верх над республиканцами. Демократы уже обеспечили себе контроль над сенатом, заняв 54 кресла. В палате представителей доминирующее положение тоже у них — уже 218 мест, именно столько им нужно было для большинства. У республиканцев результаты скромные — 180 мест.

Трамп уже заявил, что намерен выступить в роли политического обозревателя и проанализировать причины побед и поражений кандидатов-республиканцев. Он также подчеркнул, что готов признать итоги выборов и будет «с терпением» ждать сотрудничества с демократами. В то же время президент США опубликовал в соцсетях фотографию кепки с надписью «Вето» — ранее Трамп обещал блокировать законопроекты демократов, пока стороны не договорятся.

Президент США также заявил, что немного удивлен результатами выборов в конгресс. В то же время он фактически признал поражение республиканской партии на выборах в конгресс, но не свое — по его словам, причиной такого исхода стало отсутствие самого Трампа в бюллетенях. «Если бы я был, мы бы победили с большим отрывом», — заявил он.

Результаты республиканской партии и выборы в Конгресс США комментирует политолог Георгий Бовт:

— Трамп активно участвовал в избирательной кампании, и его вмешательство в эту избирательную кампанию принесло республиканцам только вред. Он настоял на выдвижении в таких штатах, которые были прореспубликанскими, скажем так, заведомо слабых кандидатов, зато лояльных себе. Они проиграли. Вообще, его участие со всех точек зрения было крайне неудачным. Он говорил много глупостей и, в общем, лишь усилил раздражение избирателей своим таким специфическим стилем правления. От него отвернулись многие из тех, кто голосовал на президентских выборах, колоссальные потери среди испаноязычных, среди чернокожих, среди молодежи, и даже традиционно поддерживающие Трампа сельские избирательные участки тоже сильно качнулись в сторону демократов. Вся его политика подверглась отрицательной оценке. Вообще, просто он произносит много глупостей в публичном пространстве, и это, может быть, раздражает даже больше всего: то он хочет озеро Онтарио переназвать как-то, то океан целый, то Гренландию хочет присоединить. И этот шутовской стиль, наверное, нанес самый большой вред его президентству, так что это фактически катастрофа. Правящая партия не теряла так много голосов, наверное, со времен Буша-младшего.

— Если демократы получают контроль над обеими палатами конгресса, насколько это ограничит возможности президента США? Тут он уже говорил про то, что будет накладывать вето на законопроекты. Чего ждать?

— Контроль над сенатом — это все назначения: назначение судей, назначение государственных должностей, и там Трамп не проведет никакой удобной ему фигуры. Говорили еще до выборов об импичменте шефа Пентагона Хегсета, он многих раздражает, демократы могут его, этот импичмент, провести, потому что и среди республиканцев его поддержка не так сильна. Может быть, партийная солидарность скажется, но не факт. Самое главное, что, получив контроль над всеми комитетами в обеих палатах, а большинство получает председательство во всех комитетах, там не делятся с проигравшими, и демократы начнут массу расследований против Трампа и членов его семьи, членов его администрации. Это будет бесконечная серия скандалов, и, скорее всего, палата представителей доведет дело и до импичмента еще до окончания его срока в сенате. Там двух третей голосов они не наберут, но, конечно, всякое может быть, но пока нет. В сенате для того, чтобы легко проталкивать любые законопроекты и ограничить саботаж законодательный, нужно 60 голосов. У демократов все-таки их не будет. Республиканцы в этом плане удержат контроль отчасти за законодательным процессом, но, конечно, проводить свои законы им будет практически невозможно. Придется идти на сильные компромиссы с демократами. И, кстати говоря, первой под удар попадет дизельная сделка с Россией. Они могут ее аннулировать и настоять на том, чтобы Трамп все-таки разморозил санкционный закон.

— Может ли изменение расклада сил в конгрессе повлиять в целом на внешнеполитический курс США, и вот, в частности, на поддержку Украины и отношения с Россией?

— Поддержка Украины, да, может повлиять, но не так, чтобы проводить финансовые законопроекты. Все-таки тут президентское вето может сказаться. Демократы, конечно, усилят санкционное давление на Россию. Ну и вообще много гадостей каких-нибудь еще придумают и могут инициировать и новый санкционный закон. Хотя и этого уже будет достаточно, если они его разморозят.

— А что касается европейских союзников?

— Президент все-таки — это главная фигура во внешней политике. Тут особых изменений ждать не стоит. Пока Трамп остается в Белом доме, у конгресса мало полномочий во внешней политике, у него во внутренней, в финансах и во всех других, но чисто внешнеполитические инициативы останутся за Трампом. Он продолжит делать свои шутовские мероприятия, ошарашивая весь мир своими новеллами. Так что с Европой он не помирится за оставшееся ему время.

Что касается дизельной сделки, то еще накануне власти Нью-Джерси пригрозили портам миллионными штрафами за прием российского дизеля. И они могут накладываться «еще долго после того, как Дональд Трамп покинет свой пост», писала The New York Times.

Успех демократов уже можно назвать историческим — им удалось победить в традиционно «красных» штатах: в Канзасе выбрали демократа впервые за почти 100 лет, в Техасе — впервые за 30 лет, в Южной Каролине — за 28, отмечает AP.

Поражение республиканцев действительно оказалось разгромным, говорит политолог, американист Малек Дудаков:

— Практически во всех штатах, где шла конкурентная борьба, демократы выиграли. Единственное исключение — штат Флорида, да и там республиканцам удалось удержать свои позиции с очень небольшим перевесом. Конечно, эти выборы войдут в историю. Мы видим, что по всей стране наблюдался коллапс поддержки республиканцев и Трампа. Вызван он, понятно, войной в Иране, непопулярностью этой войны, топливным кризисом, инфляцией, ростом ставок и так далее. Но демократам удалось это все монетизировать в свою пользу. Поэтому для них это, я думаю, самая лучшая ночь года — действительно вполне заслуженно. Ребята празднуют победу, потому что победили практически везде. То есть это буквально разгромное поражение республиканцев на этих выборах.

— Могут ли такие результаты стать причиной того, что Трамп столкнется теперь с сопротивлением уже внутри собственной республиканской партии? Стоит ли ждать некоторого раскола среди «слонов», среди республиканцев?

— Я думаю, раскол будет, потому что очень многие сейчас попытаются сместиться в сторону посттрампизма и будут винить именно Трампа и его войну в Иране в том, что республиканцы так провалились. Но я думаю, что основной риск для Трампа — это все-таки, конечно, предстоящее противостояние с конгрессом. Демократы уже объявили о том, что будут сразу заводить расследование. У них две основные темы: первая — военные преступления в Иране, вторая — коррупция и инсайдерская торговля. То есть здесь, конечно, имея такое твердое большинство, они могут очень много проблем Трампу создать, и они будут этим пользоваться. У демократов тоже есть внутренний раскол, который, я думаю, будет проявляться после того, как новый созыв конгресса начнет работать, где у них образуется большинство. Он уже носит идеологический характер, то есть между левыми и центристами. Мы видим на этих выборах очень много таких ультралевых персонажей, победивших от демократов, в частности, в штате Мичиган — Абдул эль-Саед, египтянин, мусульманин и социалист, первый мусульманин, который окажется в американском сенате, и так далее. Поэтому левые будут на себя тянуть одеяло, а центристы будут, наоборот, пытаться доминировать. Но сейчас, конечно, демократы объединены идеей борьбы с Трампом, они будут на этом, конечно, долгое время зарабатывать.

— Может ли изменение расклада сил в конгрессе как-то повлиять на внешнеполитический курс США, в частности на отношения с Россией — это одна часть вопроса, — и на конфликт с Ираном?

— Для Ирана, конечно, победа демократов выгодна, как и для Китая, потому что она усугубляет раскол внутри Америки. Иранцам и китайцам, как известно, всегда несколько проще было работать с демократами, нежели чем с республиканцами, поэтому иранцы тоже, очевидно, этой победе Демпартии радуются. Понятно, что во внешней политике основные полномочия у исполнительной власти, то есть у президента и Белого дома, но палки в колеса все равно конгресс может ставить. Например, принимать антивоенные резолюции, запрещая Пентагону продолжать операцию в Иране, ограничивать выделение денег на эту войну, что, в принципе, демократы и так уже делают. То есть будут блокировать военный бюджет и так далее. Таких моментов много, и здесь демократы этим будут пользоваться по полной. Плюс, я думаю, что общий вайб будет уже склоняться в сторону от Трампа к будущей президентской гонке 2028 года. То есть и другие мировые лидеры, я думаю, уже постепенно начнут, скажем так, больше реагировать не на то, что Трамп делает, а на то, что говорят и предлагают будущие кандидаты в президенты — и от демократов, и от республиканцев.

Перспективы Трампа и его администрации мы обсудили с профессором политологии и международных отношений Университета штата Теннесси (США) Андреем Коробковым:

— На самом деле, сюрприз состоит в том, что действительно сюрпризов не было, и опросы более или менее правильно предсказали исход, что не происходило в последних избирательных циклах. Но при этом надо сказать, что даже демократические аппаратчики Демпартии где-то шокированы, поскольку они выигрывают даже больше, чем ожидали, если отмести электоральную шелуху. Они надеялись получить 50, максимум 51 место в сенате. У них уже 51 место, и еще неизвестно, каков будет окончательный результат. Они изменили баланс сил в сенате уже по крайней мере в шести штатах. Причем это включает два таких глубоко южных штата, как Южная и Северная Каролина, Канзас, где демократов не избирали более 90 лет, Техас, и помимо этого победили в Огайо. Ясно, что было два основных фактора, которые привели к этому. Первый фактор — это то, что Трамп ввязался в войну с Ираном, которая ударила по экономике, прежде всего по ценам на энергоносители. И это вызвало глубочайшую озабоченность у избирателей. Экзитполы показали, что 43% голосовавших напрямую заявили, что они пришли голосовать, чтобы выразить свое несогласие с политикой Белого дома. Более 80% голосовавших заявили, что они крайне озабочены состоянием экономики, конкретно ростом цен и рядом других проблем. В общем, это действительно стало референдумом о правлении Трампа, который усугубил ситуацию еще больше тем, что он агрессивно вклинивался в Primary, навязывал своих кандидатов, многие из которых были не лучшими с точки зрения политического рынка. Самый скандальный случай — это Кен Пакстон в Техасе, который разгромно проиграл демократу Таларико, и при этом Трамп ухитрился провести 96% своих кандидатов во время Primary, сделать их кандидатами от партии. Поэтому, конечно, ответственность лежит прежде всего на нем, и результаты эти резко ослабляют его положение как в партии, так и в стране.

— Что будет делать Трамп?

— Трамп будет стараться сотрудничать с демократами, но они, скорее всего, пойдут по пути саботирования практически всех его начинаний. В частности, для администрации теперь очень трудно будет получить одобрение своих назначений, в том числе в судебные органы, при этом, в общем-то, есть целый ряд престарелых членов Верховного суда, которым трудно будет просидеть долгое время в составе суда. Трампу будет очень трудно получить ратификацию определенных законодательных актов и международных договоров. У него будут проблемы с бюджетом, и, вполне возможно, что демократы начнут просто откровенно саботировать его военные действия в Иране, и, в принципе, они способны как заморозить финансирование этой войны, так и напрямую потребовать вывода американских войск из Персидского залива.

— Какой еще может быть внешняя политика теперь в связи с тем, что происходит еще, например, на украино-российском треке?

— Украино-российский трек с точки зрения избирательной стратегии имеет очень малое значение: менее 1% избирателей заявили, что они будут голосовать в соответствии с их подходом этому конфликту. Обе партии тут имеют определенную разноголосицу. Убежденные трамписты считают, что помощь надо сворачивать Украине, даже ту, которая осталась. И у демократов не все так просто, потому что леворадикалы, которые резко усиливают свое представительство в конгрессе, тоже говорят о том, что деньги надо тратить не на внешнюю помощь, а на поддержку их электората, то есть малоимущих слоев населения. Поэтому здесь влияние будет минимальное. И, более того, в принципе у Белого дома есть возможность проводить внешнюю политику более или менее независимо от конгресса. У конгресса в основном отрицательная, негативная власть в отношении внешней политики, он может помешать президенту проводить определенные начинания, но не может заставить президента инициировать какую-то политику.

В Айдахо помимо выборов в конгресс делают еще один непростой выбор: там планируют выяснить, какое оружие достойно стать официальным символом штата. На выбор предложили шесть вариантов — от винтовок Винчестер до револьвера Colt и пистолета М1911. Проголосовать против самой идеи нельзя, да и мнение жителей будет лишь рекомендацией для властей.

Замглавы российского МИД Сергей Рябков, комментируя итоги выборов в Конгресс США, заявил, что курс России не конъюнктурен и не зависит от политических колебаний в других странах.

Есть и международная реакция — среди первых на результаты американских выборов отреагировали Иран и США. В Тегеране заявили, что голосами за демократов американцы сказали «нет» войне с Ираном. В китайском МИД выборы в США назвали внутренним делом американцев, но подчеркнули, что Пекин готов к конструктивным отношениям с Вашингтоном после промежуточных выборов.

Прокомментировал результат республиканцев и Илон Маск: он пошутил, что его «космические лазеры» для вмешательства в голосование, похоже, на этот раз не сработали.

Русское вмешательство тоже не удалось — демократы одержали победу несмотря на то, что 82% подписчиков Бизнес ФМ в Телеграм проголосовали именно за республиканцев.