Права на балеты Григоровича оспаривают после его смерти. Подробности дела приводят «Известия». Как пишет издание, Институт Сербского признал, что балетмейстер был фактически недееспособен в момент, когда подписывал передачу авторских прав на свои постановки.

В августе 2024 года 97-летний Григорович подписал договор, согласно которому исключительные права на либретто и хореографию самых известных его балетов переходят к его помощнику и бывшему артисту ГАБТа Руслану Пронину. Пометка нотариуса на этом документе указывает, что подписание произошло на территории клинического санатория «Барвиха», где балетмейстер жил и проходил лечение в последние годы жизни.

Как «Известиям» рассказали артисты Большого, Пронин был одним из любимых солистов Григоровича, участвовал во многих его спектаклях. А к концу жизни балетмейстера стал чуть ли не единственным человеком, с которым тот общался. Вплоть до того, что дозвониться до Григоровича было невозможно — трубку всегда брал Пронин, проживавший в его загородном доме.

После обнародования договора между Григоровичем и Прониным — это произошло почти сразу после похорон балетмейстера — в правоохранительные органы поступили сразу два заявления. Первое — от единственного близкого родственника балетмейстера, его племянника Николая Каратыгина, которому в 2022 году Григорович завещал права на все свои постановки. Второе — от самого Большого театра, которому в период с 2012 по 2014 год Григорович также передал права на три из 12 спорных постановок и получил за них денежную компенсацию — 2,5 млн рублей.

В декабре прошлого года было возбуждено уголовное дело по статье «мошенничество в особо крупном размере», пишут «Известия». Правда, следствие ведется в отношении неустановленных лиц, и по делу до сих пор нет подозреваемых. Следствие предполагает, что Григорович мог быть даже не осведомлен о содержании договора, который подписал в санатории в 2024 году.

В рамках уголовного дела в Институте Сербского провели экспертизу — и пришли к выводу, что в момент подписания договора о передаче исключительных прав Григорович был фактически недееспособен и не осознавал своих действий.

Большой, как говорят источники «Известий» в театре, намерен добиваться признания постановок Григоровича национальным достоянием и передачи прав на них государству. Но такой сценарий маловероятен, считает управляющий партнер адвокатского бюро «Духина и партнеры», специалист по международному праву Екатерина Духина:

Екатерина Духина управляющий партнер адвокатского бюро «Духина и партнеры», специалист по международному праву «Я понимаю желание сохранить балеты как национальное достояние, но здесь есть одна принципиальная вещь. Национальное достояние в культурном смысле не обязательно должно быть государственной собственностью. Нельзя просто объявить произведение великим и на этом основании забрать исключительные права у частного лица. Закон такого механизма не предусматривает. Если этот спорный договор 2024 года будет признан действительным, права, принадлежащие самому Григоровичу, должны наследоваться в соответствии с его завещанием, а не автоматически переходить к государству».

Спор ведется о правах на 12 балетов, поставленных Юрием Григоровичем, — среди них «Щелкунчик», «Лебединое озеро», «Ромео и Джульетта», «Баядерка», «Спартак» и другие знаковые постановки. Сумма роялти по всем спектаклям составляет более полумиллиарда рублей в год. И в репертуаре Большого театра эти балеты занимают центральное место, говорит балетный и музыкальный критик Лейла Гучмазова:

Лейла Гучмазова балетный и музыкальный критик «Их всегда было много, а сейчас кажется, что еще больше, потому что другие балеты просто снялись. У нас теперь нет Ноймайера, у нас теперь нет Килиана, потому что просто контракт оттанцевали и все. Ну и теперь тем более кажется, что все спектакли Григоровича — это базовое ядро. Что, собственно, было всегда, они всегда были базовым ядром. Это будет большая трагедия, если спектакли Григоровича прекратят идти на сцене Большого театра и на остальных сценах страны. Достаточно просто проследить балетную жизнь последних 10-15 лет. Понятно, что с наследием Леонида Якобсона были проблемы, с наследием Прокофьева были проблемы. Другой разговор, что в театре, как правило, есть люди, которые могут представлять интересы театра, но при этом понимая интересы наследников. Мне удивительно, что Большой театр сейчас не инициирует всю эту историю так, чтобы до суда разобраться с наследством. Мне кажется, это можно сделать».

Источник, пожелавший остаться анонимным, в разговоре с Бизнес ФМ выразил уверенность, что из репертуара Большого постановки Григоровича не исчезнут в любом случае. И даже если отсудить права вдруг не удастся, вопрос будет решен обычной выплатой роялти.

Но, как показывает история, подобные юридические проблемы Большой театр решать умеет. Например, в прошлом году на сцену театра вернулся комедийный балет «Светлый ручей». Его хореограф — гражданин США Алексей Ратманский — в 2022 году не продлил лицензию на постановку. Руководство театра решило поступить креативно — в программке вместо имени автора значилась формулировка «Сценическая версия Большого театра».