Партия Мерца не прошла в ландтаг Мекленбурга — Передней Померании по итогам выборов 20 сентября, набрав 4,9% — на 8,4 процентного пункта меньше, чем на выборах пять лет назад. Это первый случай в истории Германии, когда ХДС не смог пройти в земельный парламент. Выборы в Мекленбурге — Передней Померании выиграла «Альтернатива для Германии» с 38,2%, прибавив сразу 21,5 пункта. СДПГ получила 35,5%, потеряв 4,1 пункта, и заняла второе место. В Берлине победили «Левые» с 25,7%. ХДС получила 18,8% — на 9,5 пункта меньше, чем на предыдущих выборах. АдГ набрала 16,3%, улучшив результат на 7,2 пункта, а СДПГ получила 12,1% и потеряла 6,3 пункта. Таким образом, правящая в Берлине коалиция ХДС и СДПГ тоже утратила большинство. «Альтернатива для Германии», которая одержала победу во второй подряд федеральной земле, потребовала от Мерца переговоров с Россией. Прислушается ли канцлер?

ХДС впервые в истории ФРГ осталась за пределами земельного парламента. Прежний антирекорд — 9% в Бремене в 1951 году — продержался три четверти века. Однако сам Мерц, хотя и признал результат последних выборов «катастрофой», заявил, что курс свой не поменяет: реформы, по его словам, лучшее средство против «авторитарного яда», проникающего в общество. Необходимые для этого мужество и выдержку он пообещал проявить «как председатель ХДС и прежде всего как канцлер». Правда, агентство Bloomberg сообщило со ссылкой на свои источники, что многие функционеры ХДС считают сохранение Мерца на обоих постах вредным, а его уход — вопросом скорее ближайшего, чем отдаленного будущего. Партнер по федеральной правящей коалиции из СДПГ Мануэла Швезиг, премьер Мекленбурга — Передней Померании, так и вовсе бесцеремонно заявила, что комментарии Мерца говорят о том, что он оторван от реальности.

Главный вариант ответа на вопрос, почему Мерц не уходит, прост: заменить некем. Смена канцлера в середине срока требует готового преемника, вокруг которого немедленно сплотится вся фракция, — а его нет. Также нового канцлера должен избрать бундестаг. Значит, коалиционному партнеру СДПГ придется голосовать за него — и она почти наверняка выставит за это высокую цену. Преемнику пришлось бы сильно уступать социал-демократам по многим пунктам. Поэтому-то Мерц и упорствует, отказываясь даже от разделения постов и передачи партийного председательства кому-то другому. Ведь тогда новый глава ХДС автоматически становился бы кандидатом в канцлеры на выборах 2029 года, а Мерц — уже сейчас «хромой уткой».

Основной сценарий сейчас можно условно назвать «канцлер на испытательном сроке»: Мерц сохраняет позиции, но обещает провести через правящую коалицию согласованный пакет реформ. Если экономика оживет, а переговоры об окончании конфликта на Украине дадут результат, ситуация может перевернуться. Если нет — вопрос о канцлере будет поставлен снова.

Однако тут парадокс в том, что Мерц упорствует и делает ставку ровно на то, что избиратели отвергают. Центральный пункт его программы — отмена досрочной пенсии без вычетов после 45 лет стажа. Фактически сегодня речь о возрасте около 64,5 года. Против отмены выступают 75-78% немцев. Социал-демократы такую реформу тоже не поддерживают.

Второй конфликтный пункт — закон о рабочем времени: ХДС хочет заменить ежедневный лимит еженедельным для всех, СДПГ настаивает, чтобы новые правила действовали только на предприятиях с коллективным договором, это лишь около половины занятых.

Третья точка раздора — здравоохранение: закон о стабилизации взносов в больничные кассы вступает в силу 1 января 2027 года и должен сэкономить 16-19 млрд евро, и Мерц не собирается уступать по вопросу сокращения социальных расходов.

Во внешней политике он не сдвинется вообще ни на миллиметр. Особенно после инцидента в аэропорту Лейпцига, где в начале августа обнаружили начиненный взрывчаткой дрон рядом с украинскими транспортными самолетами. Мерц тогда официально возложил ответственность на Россию, потребовав новых санкций.

АдГ предлагает прямо противоположное. Сопредседатель партии Тино Хрупалла потребовал, чтобы Мерц «в конце концов» поехал в Москву на переговоры. Другой сопредседатель Алис Вайдель заявила, что АдГ намерена говорить «с обеими сторонами» конфликта и вместе с американцами открыть канал связи с Россией.

Однако для Мерца жесткий антироссийский курс — одна из немногих оставшихся у него зон четкой идентичности, тут любой шаг назад был бы воспринят как капитуляция перед повесткой АдГ. Однако разрыв между линией Берлина и настроениями бывших территорий ГДР, где возобладал тезис о «мире и дешевой энергии», в результате только растет.

Общенациональные опросы тоже подтверждают рост популярности АдГ, у которой почти 30% (у блока ХДС/ХСС 21%, у «Зеленых» 15%, СДПГ и «Левые» набирают 13% и 12%). Работой Мерца довольны 13%. В вопросах миграции АдГ с 26% опережает всех, в теме социальной справедливости она с 18% почти догнала СДПГ (20%). В восточных землях АдГ доверяют больше, чем любой другой партии, по всем темам, кроме климата и экологии. Поляризация нарастает в целом: так, в Берлине «Левые» среди молодых избирателей вплотную подошли к абсолютному большинству, тогда как на востоке страны доминирует АдГ.

Центристы, на которых опиралась вся послевоенная партийная система, уступают позиции одновременно и левым, и правым. И хотя ни одна значимая сила не ставит вопрос о единстве страны, постепенно формируются две разные политические системы. На западе еще работает привычная конкуренция центристских партий. На востоке получается модель «АдГ против всех», и она там вплотную подошла к власти. Если АдГ в Саксонии-Анхальт удастся добиться поддержки третьей партии, то рухнет сам принцип отказа от любого сотрудничества с ней, утвержденный на федеральном уровне. И тогда уже федеральному правительству придется работать с правительством АдГ в верхней палате парламента — бундесрате — по вопросам безопасности и в распределении федеральных средств.