США разрешили почти месяц продавать российскую нефть, которая была загружена на суда до 12 марта
Это попытка сдержать цены на черное золото. Пока рынок на это особо не реагирует — Brent снова выше 100 долларов
Читать на полной версииОбновлено в 12:51
Минфин США разрешил временную продажу российской нефти. Речь идет только о запасах углеводородов российского происхождения, загруженных в танкеры до 12 марта этого года. Разрешение на продажу будет действовать ровно месяц — до 12 апреля.
Ослабление санкций США коснется около 100 млн баррелей российской нефти, сообщил спецпредставитель президента России по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами Кирилл Дмитриев. На этой неделе он летал во
Флориду на переговоры по вопросу мировой энергетики.
По данным аналитической компании Kpler, 6 марта на танкерах находилось около 130 млн баррелей российской нефти, но значительная часть этого объема задержалась в пути из-за санкций. При этом в Минфине США заявили, что эта мера не принесет значительной финансовой выгоды правительству России.
Подобные послабления США — это скорее видимость стабилизации на нефтяном рынке, чем реальные действия, рассказал Бизнес ФМ ведущий эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергобезопасности Игорь Юшков:
Сейчас цена фьючерса на нефть марки Brent на уровне 100 долларов за баррель. Хотя первой реакцией рынка на решение Вашингтона было небольшое падение, на 70 центов. Заявление по поводу российской нефти прозвучало на следующий день после того, как Вашингтон сообщил о намерении высвободить 172 млн баррелей нефти из стратегического резерва.
Облегчение нефтяного рынка пока носит мимолетный характер, и продолжающийся военный конфликт на Ближнем Востоке остается решающим фактором в ценах на нефть, констатируют эксперты.
Иностранные СМИ откровенно недовольны решением США о смягчении санкций в отношении российской нефти. Как пишет Reuters, отмена санкций, пусть и временная, в полной мере отражает серьезную обеспокоенность Белого дома тем, что рост цен на нефть не только навредит бизнесу в США и простым американцам, но и осложнит ситуацию для республиканцев перед промежуточными выборами в ноябре. Они, как отмечает агентство, надеются сохранить контроль над конгрессом.
Демократы уже были недовольны прошлым решением администрации Трампа по поводу смягчения санкций на российскую нефть и поставок в Индию, отмечает The Washington Post. Новое послабление еще более масштабное и будет встречено с еще большим недовольством.
В частности, уже сейчас некоторые демократы в соцсетях пишут гневные посты о том, что Трамп, вместо того чтобы давить на экономику России, своей плохо спланированной и непродуманной войной не только принес Москве доход, но и поднял стоимость жизни для американцев, подчеркивает CNN.
Решение о смягчении санкций на нефть из России стало резким и неожиданным поворотом событий, пишет The Telegraph. Причем последствия этого решения для США могут быть и на поле внешней политики — Европа и так скептически относилась к военной операции США в Иране, а теперь Трамп фактически выступает против европейского курса на дальнейшее экономическое давление на Россию. Разрыв между Европой и США может углубиться.
Этот тезис хорошо иллюстрирует заголовок одного из репортажей немецкого телеканала NTV, в котором СМИ прямо утверждает, что Трамп все больше похож на сообщника Владимира Путина.
Итальянская Corriere della Sera подытоживает: последние решения Трампа в рамках ближневосточного конфликта показывают, что никто не может точно сказать, что сделает американский президент в ближайшие дни. Пока сказать можно лишь одно — Америка действительно ищет выход из ситуации, пусть этот поиск и сопровождается противоречивыми сигналами.
Трамп после ряда статей о ближневосточном конфликте обвинил прессу в пораженческих настроениях. «Если вы читаете терпящую крах The New York Times, вы могли бы ошибочно подумать, что мы не побеждаем. Но военно-морские силы Ирана уничтожены, их военно-воздушных сил больше не существует, ракеты, дроны и все остальное подвергаются тотальному уничтожению», — заявил американский президент.