Обновлено в 11:25

Иран нанес удар по крупнейшему в мире СПГ-заводу в Катаре. Так он ответил на израильскую атаку по своему газовому месторождению Южный Парс на юге Ирана. Президент США Дональд Трамп пригрозил Тегерану в следующий раз взорвать весь Южный Парс. Нефть на лондонской бирже взлетела до 113 долларов за баррель.

Началось с того, что Израиль атаковал Южный Парс, была приостановлена работа ряда нефтехимических предприятий. В ответ Иран выпустил ракеты по промышленной зоне в Катаре, где находится крупнейший в мире СПГ-завод QatarEnergy. Он обеспечивает около пятой части мировых поставок сжиженного газа. Работы на предприятии были приостановлены еще в начале марта, после предыдущей атаки иранского беспилотника.

Эмир Катара назвал новый иранский удар «безрассудной и опасной эскалацией конфликта в одном из важнейших энергетических узлов мира». МИД Катара признал военных атташе Ирана «персонами нон грата», они должен покинуть страну в течение суток. Президент США написал у себя в соцсети, что Штаты не знали о жестоком ударе Израиля по месторождению Южный Парс в Иране. Но и Катар ни при чем. И пригрозил Ирану таким мощным ответом, какой он никогда не видел:

«Израиль, возмущенный происходящим на Ближнем Востоке, нанес жестокий удар по крупному газовому месторождению Южный Парс в Иране. Удару подвергся относительно небольшой участок территории. США ничего не знали об этом конкретном нападении Израиля и что оно произойдет. Катар и вовсе никоим образом не был причастен к этому. Иран безосновательно и несправедливо атаковал часть катарского завода по производству сжиженного природного газа. Израиль больше не будет совершать нападений на это чрезвычайно важное и ценное месторождение Южный Парс, если только Иран неразумно не решит напасть на ни в чем не повинное государство, в данном случае на Катар. И в этом случае США с помощью или без согласия Израиля массированно взорвут весь Южный Парс с такой силой и мощью, какой Иран никогда раньше не видел. Я не хочу санкционировать такой уровень насилия, но, если катарский СПГ снова подвергнется нападению, я без колебаний сделаю это».

Associated Press со ссылкой на источник пишет, что США знали о планах Израиля нанести удар по Южному Парсу, но не принимали в этом участия. При этом источник не стал сообщать, была ли согласна администрация США с решением Израиля атаковать иранское газовое месторождение.

В Эр-Рияде 18 марта срочно собрались главы МИД 12 арабских и исламских стран. В совместном заявлении они осудили «преднамеренные атаки Ирана на жилые районы и гражданскую инфраструктуру». Заявление было опубликовано в том числе от Азербайджана, Арабских Эмиратов, Катара, Саудовской Аравии и Турции, притом что еще 7 марта президент Ирана Пезешкиан принес извинения странам-соседям, подвергшимся иранским атакам, и сообщил, что Тегеран обязуется не бить по ним, если с их территорий не будет атак.

Журнал «Россия в глобальной политике» пишет, что риторика Трампа выдает растерянность: «ощущение, что США не контролируют ход опасного для всего мира военного кризиса, ими же начатого». Бизнес ФМ поговорила с главным редактором журнала «Россия в глобальной политике» Федором Лукьяновым:

— Вообще ощущение, что Трамп и американская администрация, которые действительно инициировали эту кампанию по наводке Израиля или сами, или совместно, неважно, несколько потеряли ощущение, что делать дальше, потому что они не могут контролировать масштаб боевых действий. Иран неоднократно предупреждал, что если будет нападение на Иран, то ответ будет не по Израилю, а по интересам США в регионе. Иранские представители говорили, что это будет война на выживание. В войне на выживание, извините, идут в ход все средства. Когда теперь Трамп говорит, что так нечестно, это странновато звучит. Угрозы, что мы сотрем с лица земли Южный Парс, вообще весь Иран, пока скорее происходит другое, что американцы не вполне понимают, как реагировать на тот хаос, который возник в результате ответных действий Ирана на их нападение.

— Агентство Reuters несколько часов назад сообщило о том, что якобы администрация Трампа рассматривает возможность развернуть 1000 американских военнослужащих для усиления своей операции на Ближнем Востоке, но, судя по всему, речь идет все-таки о начале наземной операции. Сейчас, как вам кажется, такой сценарий становится более вероятным?

— Сценарий становится более вероятным в силу того, что логика втягивания в конфликт диктует необходимость действовать. Трамп категорически не хотел этого делать. Он и говорил на протяжении многих лет, что всякие придурки до меня этим занимались, я этого делать никогда не буду, но, когда ты вступаешь в большой конфликт с довольно высокими ставками, он идет не так, как задумано, и быстрая победа не получается. Был момент, когда, наверное, можно было ее объявить — сразу после первого ошеломляющего удара, убийства руководители Ирана и большого количества других чиновников, но это не стали делать, а теперь уже каким-то образом надо брать под контроль эту ситуацию. Воздушными ударами не получается. С дипломатической точки зрения вообще непонятно даже, с кем разговаривать. Израильтяне последовательно уничтожают всех, с кем можно поговорить. В Иране должна быть полноценная военная победа, а ее без сухопутной операции не добиться. Но что Трамп будет делать, если эта операция начнется, если и она пойдет не так, как планировались? Начнутся, так сказать, более заметные жертвы и ущерб американской политике экономики. Это для него, мне кажется, сценарий, близкий кошмару.

— Грядет грандиозный энергетический кризис, кто-нибудь Трампа-то вразумит, что надо как-то заканчивать. Есть хоть у кого-то рычаги, хотя бы внутри Америки?

— Не знаю, как устроена современная американская политика, она становится все менее понятна. Здесь есть логика вовлечения, когда тебе очень трудно сделать шаг назад, потому что это всеми будет воспринято как поражение. Если так пойдет, это будет работать на ужесточение позиции. А как, чем это заканчивается, известно.

Многие обратили внимание на то, что Трамп в своем посте в Truth Social своим любимым капслоком написал, что Израиль больше не будет бить по энергообъектам, в том числе по «таким важным, как Южный Парс», если Иран не будет нападать на ни в чем не повинные государства.

Американский президент явно впервые с начала войны предлагает вариант деэскалации, считает политолог-международник, эксперт клуба Валдай Андрей Кортунов:

Андрей Кортунов политолог-международник, эксперт клуба «Валдай» «Ирония ситуации заключается в том, что вот этот Южный Парс, если посмотреть на карту, это большое месторождение в Персидском заливе, которое делят между собой Иран и Катар. То есть, по сути, это то, что совместно использовалось до войны обеими странами, шло довольно интенсивное сотрудничество. Теперь мы видим, что это становится одним из важных измерений конфликта. Опять-таки, то, что мы знаем об американской реакции, позволяет сделать вывод, что в Вашингтоне озабочены этими ударами и озабочены траекторией, которую принимает конфликт. Поэтому Трамп отмежевался от израильских ударов. Более того, можно сказать, что Соединенные Штаты даже осудили эти удары, пусть и не в категорической форме, но эти удары не поддержали и даже фактически предложили некий вариант деэскалации, то есть взаимного отказа от ударов по объектам энергетической инфраструктуры. Это, в общем, первый раз, когда мы наблюдаем готовность администрации Трампа о чем-то серьезно договариваться с иранским руководством. Это, конечно, говорит о том, что у американо-израильской коалиции возникли непредвиденные проблемы, которые заставляют их искать возможные компромиссы. Тут ведь он еще не только призвал ограничить удары по энергообъектам, но и погрозил Ирану пальцем и сказал, что если дальше так будет продолжаться, то и они тоже ответят. По-моему, даже 200 млрд долларов запросили у Минобороны на действия против Ирана. Ну, наверное, Трамп не был бы Трампом, если бы он не грозил возможностью дальнейшей эскалации. Скорее всего, существуют планы по нанесению ударов по иранской энергетической инфраструктуре, есть в экспертной среде обсуждение возможностей захвата целого ряда иранских островов в Персидском заливе, который тоже используется в производстве углеводородов, то есть понятно, что Трамп всегда предлагает не только пряник, но и кнут, но поскольку удары по иранской энергетической инфраструктуре уже идут, не совсем понятно, что может предполагать дальнейшая эскалация, то есть просто расширение географии ударов для повышения их интенсивности? Это с учетом того, что возможности Соединенных Штатов тоже не безграничны, но совершенно очевидно, что Трамп будет грозить эскалацией, чтобы создать у иранского руководства дополнительные стимулы для проявления сдержанности в ударах по энергетической инфраструктуре арабских стран Персидского залива. Вот это переговорная тактика, которая, наверное, в общем, будет сохраняться у администрации в ближайшем будущем».

Тем временем Пентагон попросил Белый дом запросить у конгресса 200 млрд долларов на военную операцию против Ирана. Как сообщают источники, часть администрации Трампа считает, что запрос Минобороны не имеет реальных шансов на одобрение в конгрессе.