Суд приостановил производство по делу блогера Валерии Чекалиной, более известной как Лерчек. Ее обвиняли в незаконном выводе более 250 млн рублей в ОАЭ. Решение суда связано со стремительно ухудшающимся состоянием здоровья Чекалиной. На заседание в Гагаринском районном суде Москвы 16 марта Лерчек явиться не смогла.

Также Чекалину освободили из-под домашнего ареста, под которым блогер находилась с октября 2024 года. Меру пресечения ей заменили на запрет определенных действий.

В начале марта у Чекалиной выявили рак желудка четвертой стадии — вскоре после того, как Лерчек родила четвертого ребенка.

Комментирует управляющий партнер адвокатского бюро «Соколов, Трусов и партнеры» Федор Трусов:

Федор Трусов управляющий партнер адвокатского бюро «Соколов, Трусов и партнеры» «У нас, к сожалению, и обвиняемые, и подсудимые болеют очень часто. Можно посмотреть доклады Совета по правам человека при президенте — у нас умирающих полных инвалидов оставляют умирать в следственных изоляторах. Всплыл этот ужаснейший диагноз у Лерчек, который требует незамедлительного, тяжелейшего лечения, так и хочется сказать: возможно, дело Алии Галицкой чуть-чуть подтолкнуло к гуманизации правоприменительной практики. Что касается ответственности, у нас начнется вечная ситуация — поиск крайнего. Крайним может стать следователь, что, скорее всего, и произойдет, потому что у нас по Уголовно-процессуальному кодексу следователь — это так называемое процессуальное независимое лицо. Следователь — это, наверное, самое несчастное существо, которое всегда становится крайним и отвечает за все, потому что он является лицом, которое подписывает все документы. И он якобы потом вводит в заблуждение руководителей следственных органов, прокуроров и суд. В данном случае, бесспорно, это следователь. Закон позволяет взыскать компенсации, в том числе за моральный вред, допущенные физические и нравственные страдания. Доказать на практике почти невозможно, потому что нужно доказать причинно-следственную связь между бездействием, действиями непосредственно следователя (что ты полноценно информировал его, что он узнал, что у тебя заболевание, а на практике это доказать очень сложно) и произошедшими негативными последствиями. Как правило, в этом проблема — доказать это. А дальше мы уходим уже в вопрос величины компенсации. К сожалению, по нашей правоприменительной практике у нас суммы ничтожно маленькие — совершенно несопоставимы с теми страданиями, которые человек понесет, и с тем, что следователь не допустил к медицинской помощи. В теории у нас нет ограничений на медицинскую или государственную помощь. Ты вправе обращаться куда угодно, главное — здоровье. Поэтому в теории ты неограничен. На практике, понятно, обосновывать нахождение в элитной медицинской клинике гораздо сложнее, чем в государственной, муниципальной или даже федеральной клинике».

Фигурантом уголовного дела вместе с Валерией Чекалиной также проходил ее супруг Артем Чекалин. В отношении него суд продолжит рассмотрение дела. Чекалин находится под домашним арестом.