«Иран делает жест доброй воли в ответ на то, что американцы оказали давление на израильтян. Одним из пунктов, на которых настаивал Иран, было добиться перемирия на израильско-ливанском направлении. Израильский премьер-министр Нетаньяху немного сопротивлялся, но потом придумал такой ход, как переговоры с правительством Ливана (не с ливанской партией «Хезболла», а с правительством Ливана). Таким образом, израильтяне сохранили лицо, добились перемирия. Сейчас за скобками остается, насколько прочным будет это перемирие, насколько готова ливанская партия «Хезболла» придерживаться этого перемирия. Главное, что чего-то достигли. Главное, что сколько-то дней это перемирие продлится, и Иран демонстрирует, что он оценил этот ход. В ответ — да, суда пойдут по Ормузскому проливу. Но на самом деле дело не только в Ливане. Дело в том, что американцы еще обещают разморозить финансовые средства, накопленные за годы санкций на зарубежных счетах, для Ирана. Речь может идти о миллиардах долларов. Чтобы заполучить еще и это, Иран готов пойти на дополнительные уступки. Пока что это только первый шаг, это можно расценивать как временную меру. Открытие Ормузского пролива не может происходить быстро. Там много проблем, технических проблем, связанных с безопасностью. Даже процедура разминирования. В частности, конечно, 20 судов в сутки по сравнению с нормой в 130–140 судов — это пока немного. Но американцы со своей стороны блокаду внешнюю Ормузского пролива держат не так уж жестко. И мы наблюдаем, как стороны идут навстречу друг другу. И если так пойдет и дальше, то по ходу прогресса на переговорах и по ходу решения технических проблем через две-три недели это уже заработает гораздо лучше. Пока все еще очень шатко, хрупко, но тем не менее прогресс есть».

«И даже сам уровень говорит о том, что многого ждать от этих переговоров не приходится, но на Израиль, хотя и слабое, но оказывается давление: администрация Дональда Трампа хочет, чтобы война в Ливане прекратилась хотя бы потому, чтобы это не мешало в ходу американо-иранских переговоров, ведь Иран требует, чтобы конфликт в Ливане прекратился. Это одно из серьезных требований. Пока невыполнение этого требования не помешало началу переговоров между американцами и иранцами, но этот пунктик будет препятствовать дальнейшему прогрессу: иранцы хотят продемонстрировать, что они верны союзническим отношениям. Так же, как им помогла ливанская партия «Хезболла», также и Иран хочет помочь ливанцам. Израильтяне сейчас ведут переговоры не с ливанской партией «Хезболла» — они ведут переговоры с правительством Ливана, и здесь, конечно, возникает проблема: насколько партия «Хезболла», даже если израильтянам и ливанцам удастся договориться, будет принимать эти договоренности всерьез. Но в этом раскладе, возможно, даже главное не результат, а демонстрация того, что что-то делается. Может быть, под этим соусом удастся даже приостановить конфликт в Ливане, удовлетворив требования администрации Трампа.»

«Несколько вопросов, по которым можно добиться этого прогресса, это как раз вопрос иранской атомной программы. Иранцы после того, как, по сути, потеряли свои ядерные объекты в результате прошлогодних американо-израильских ударов, готовы официально приостановить эту атомную программу. Обсуждают они и возможность вывоза обогащенного урана в третьи страны. Здесь, между прочим, и предложение России может оказаться кстати, чтобы этот обогащенный уран оказался на территории России. Хотя пока американцы согласие на российское предложение не ответили, но оно остается в силе. Вопрос о сроках, насколько приостановить эту программу, может, реально обсуждается, как об этом и говорят некоторые утечки, наверняка намеренные, с переговоров. По каким еще вопросам могут быть достигнуты какие-то договоренности, хотя бы предварительно? Ну, в частности, по постепенному открытию Ормузского пролива и взамен — по частичному снятию санкций с Ирана. Но это будут не глобальные снятия, а скорее разморозка некоторых финансовых средств для Ирана, что тоже может хорошо быть воспринято иранскими переговорщиками, потому что речь идет о десятках, а то и сотнях миллионов долларов. По каким вопросам сложнее договориться? Это иранская ракетная программа и деятельность Ирана в регионе»

«Несмотря на жесткий тон Трампа, какие-то все-таки подвижки были, особенно по частичной отмене санкций в отношении Ирана. Хотя это даже отменой санкций назвать сложно, это просто договоренность о том, что могут быть разблокированы определенные иранские счета за рубежом, и деньги могут поступить в Иран после многолетней заморозки. Но тем не менее это уже какое-то предварительное достижение. Но Трамп прав в том, что дальше этого стороны не продвинулись. Очень большие разногласия насчет ядерной программы, атомной программы Ирана, большие разногласия насчет требования Ирана подключить юг Ливана к перемирию. Израильтяне пока не идут навстречу. Военная операция на юге Ливана продолжается, а это „Хезболла“, иранский союзник. Ирану надо было бы помочь своему союзнику в ответ на то, как „Хезболла“ помогла самим иранцам. Загвоздок много. Теперь это заявление Трампа. Является ли это жестом по прекращению переговоров или это очередное давление — на самом деле вопрос открытый. Трамп может сейчас пригрозить, и иранцы пойдут на какие-то уступки на переговорах. Но это рискованная игра, на мой взгляд, даже Трамп не знает сам, чем это кончится. Он готов действовать как так, так и эдак. Один вариант — иранцы сейчас, узнав о собственной морской блокаде, пойдут на какие-то дополнительные уступки на переговорах, и тогда Трамп скажет, ну вот, хорошо подействовало, не будет блокады. Второй вариант — что они упрутся, и опять будет обострение».

«Сколько Трамп кормил нас сказками о неких прямых переговорах между США и Ираном, идущих в секретном местечке. На самом деле только сейчас стартовали прямые переговоры, это уже достижение. Переговоры будут идти трудно, с опасностью срыва в любой момент, с паузами, с истериками, с угрозами применения силы со стороны Трампа, в частности. Но за один день накопившиеся проблемы не решить. Тем более что иранцы славятся своей медлительностью на переговорах, своей дипломатической изворотливостью. Они будут тянуть время, Трамп будет их обязательно поторапливать, в том числе заявлениями о том, что он сейчас снова нанесет удары. Уже начавшиеся все-таки переговоры продолжатся пусть и с паузами. Это займет время, даже больше двух недель, которые были заявлены. Вопросы очень тяжелые, переговорные позиции сторон страшно далеки друг от друга. Трамп будет подгонять, потому что ему надо продемонстрировать результаты как можно быстрее. Может быть, какие-то промежуточные итоги будут достигнуты ранее. Главное — заявить, что Ормузский пролив реально открывается и подкрепить это фактами. Но иранцы тоже понимают, что для них это рычаг давления, в обмен они будут требовать снятия санкций. Сейчас они требуют полного снятия санкций. Частично это возможно. Но это вопросы, которые не решаются ни за день, ни за два, ни за неделю. Скорее это затянется на дольше. Ливанский фактор не помешал переговорам начаться, хотя иранцы очень недовольны. Их требованием было также прекращение войны в Ливане. Они должны защищать своих союзников, которые выступили, в свою очередь, на защиту Ирана. Бросить вот так ливанскую партию «Хезболла» иранцы, конечно, не могут. Израильтяне могут пойти на уступки, если на них окажет давление администрация Дональда Трампа. Израиль может объявить о договоренностях с правительством Ливана насчет того, что ливанцы сами будут сейчас разбираться с «Хезболлой». Израиль может сказать, что какой-то прогресс достигнут, теоретически, практически на какое-то время израильтяне могут приостановить эту операцию, чтобы она не мешала ходу переговоров. Если на Израиль окажут давление США, а они уже оказывают такое давление, Израиль наверняка что-то потребует взамен».