Софья Донец

«На самом деле, ситуация января во многом зеркально отражает ситуацию прошлого января. Мы видим, что и дефицит ровно такой же — 0,7% ВВП. Видим, что расходы бюджета, что симптоматично, даже в номинальных размерах не увеличились. Это значит, что сезонность в расходах, скорее всего, будет похожа на прошлый год. Поэтому сейчас фокус на доходы. Если в прошлом году увеличение дефицита было сюрпризом, в основном это было связано с увеличением расходов, то сейчас дефицит — это история про недобор доходов, очень ожидаемый, связанный с нефтегазом. Нефтегазовые доходы, как уже ранее стало известно, вполовину меньше, чем в прошлом январе. К сожалению, ненефтегазовые доходы растут слишком медленно, чтобы это покрыть. Мы видим приток по НДС: добор НДС по импорту, рост налоговой ставки. Тем не менее все совокупные ненефтегазовые доходы подрастают меньше чем на 5%, отражая слабый номинальный рост экономики. Действительно, кажется, что пока основной топовой темой остаются низкие цены на нефть. В остальном бюджет идет в соответствии с планами. На этот год Минфин планировал дефицит ниже 2%. Конечно, при сохранении таких низких цен на нефть получится скорее дефицит на уровне прошлого года. Но проблема не в том, что дефицит будет на уровне прошлого года, это в районе 2,5% ВВП. Проблема в том, что низкие цены на нефть требуют дальнейших решений, будет исчерпываться ФНБ, надо будет что-то решать: либо расходы резать на следующий год, либо пересматривать какие-то другие параметры бюджетного правила. Пока это все подвешено в воздухе, но хорошо, что половина проблем решена: в некотором роде повышены налоговые ставки, и произошла стабилизация в расходах. Теперь фокус — на нефть».

«Несмотря на встряску, которую Минфин устроил рынкам и нам всем в сентябре, конец года прошел на удивление спокойно. Это значит, что те сентябрьские обновления и уточнения планов, которые были нам даны, полностью были исполнены до декабря. Это значит, что мы не получили других сюрпризов, Минфин смог вложиться в расходы, которые запланировал, и это на самом деле большое достижение, которое отличает ситуацию от предыдущих трех лет. Это значит, что дисциплина в части расходов восстановлена, совокупный рост расходов за этот год опустился до менее 7%, хотя в предыдущие три года он рос на 15-20% в год, это большая разница. Это значит, что расходная часть взята под контроль. С такими новостями, с такими фактами входить в новый бюджетный год как-то спокойнее, потому что расходы были основной и жаркой темой предыдущих трех лет. Конечно, есть и другие вызовы, например, доходы. Расширение дефицита бюджета в 2025 году полностью объяснялось недобором в доходах, прежде всего нефтегазового, на фоне сочетания крепкого рубля с низкой нефтью. Эта ситуация только усугубилась, и достаточно сильно. К началу 2026 года нефть спустилась еще ниже, рубль не выправился, а значит, недобор доходов может случиться и в 2026 году. Это не критично, потому что частично они могут быть закрыты остатками сбережений в Фонде национального благосостояния, частично закрыты чуть более интенсивными заимствованиями, но все же это неприятно, это вызов, с этим надо будет работать Минфину в 2026 году».

«Мы видим, что у нас весь год складывается с повышенным спросом на наличность, но летом достигли апогея. Здесь работает и сезонный фактор, и новый виток эскалации, рассуждения, что не везде принимают карточку. Сказать, есть ли здесь компоненты чего-то еще - ну, например, снижение доверия к банкам или какие-то другие негативные процессы - пока сложно. Кажется, что пока это действительно расчетный вопрос. Вопрос, грубо говоря, какого-то запаса на всякий случай. И тем более что высокий спрос на наличность этого года следует после двух лет аномально, экстремально низкого спроса на наличность. 2024-2025 - были годами сниженного спроса, поэтому пока мы как будто бы, где-то в районе возвращения к норме. Хотя я честно оговорюсь, что, если мы увидим такие темпы скорости снятия наличности в следующие, скажем, два-три месяца, как это было последние два месяца, это может насторожить уже всех, включая Центральный банк. И совет по таким случаям тоже известен. Чем выше ставка, тем меньше снятия наличных. Посмотрим, не испортит ли этот фактор настроение регулятору в сентябре и октябре. Будем надеяться, что нет, но ситуация точно требует внимания».