«Ну, конечно же, теоретически можно предположить, что самолет перешел на сверхзвук, и это вызвало громкий хлопок. Но, по сути, он такой, как звук взрыва. Фактически единственное, что надо понимать, – над Москвой боевые самолеты, которые способны преодолеть звуковой барьер, не летают. Вообще никакие боевые самолеты не летают. Теперь даже гражданским запрещено транзитом пролетать, только садиться и взлетать у аэропортов. Могло ли это произойти где-то в Московском регионе? Ну, теоретически да, где-нибудь в Подмосковье, вдалеке от населенных пунктов. То есть это жесткое требование. Самолет должен преодолевать этот барьер на высоте, наверное, не менее двух километров и в отдалении от всех населенных пунктов для того, чтобы это не вызывало никаких вторичных повреждений на земле, потому что если самолет прямо над домами, пролетая, преодолеет звуковой барьер, то, конечно, в домах вылетают стекла. Вот, смотрю: сообщение появилось в Гольянове, Железнодорожном и рядом с Жуковским. Ну, то есть так получается: восток и юго-восток. Дальше – Фили, Давыдково, Бирюлево, Подольск. Причем даже стены дома вздрогнули, пишет один человек. В Москва-Сити тоже был слышен резкий короткий грохот, похожий на взрыв. Было слышно и в Ховрино. В Московской области, Одинцове, Новой Трехгорке, на улице Кутузовской – то есть это вообще запад. А тут очень странно как-то: очерчивается юг, запад и восток. Ну, Железнодорожный – это 13 километров от Москвы в сторону, на восток. Далеко это, на самом деле. Может, это разные хлопки были. Но слишком уж большой радиус. Скорее, поверю, что это метеорит летел и где-нибудь там, на большой высоте, взорвался. И поэтому вот услышали на таком большом расстоянии. Потому что звуковой барьер на десятки километров? Да нет, ну это нереально».

«Мы действительно регулярно слышим новости буквально о каждом этапе создания самолета MС-21. Например, о том, что собран первый серийный самолет, потом первый серийный самолет находится на летно-испытательной базе, начинаются пробежки, и сейчас — полет первого серийного самолета. Мы внимательно следим за каждым этапом, потому что очень ждем этот самолет. И сейчас все это ожидание связано не с вопросами развертывания серийного производства, а с вопросом завершения сертификационных испытаний, которые идут полным ходом, и есть большая надежда, что до конца года эти испытания будут завершены, самолет получит сертификат типа, и после этого уже первые серийные самолеты, которые сейчас собираются, можно будет передать в авиакомпании. Если все сложится достаточно успешно, удачно и в предполагаемые сроки, то до конца года первые серийные самолеты начнут летать уже на регулярных линиях».

«Авиакомпания «Ижавиа» — это небольшой региональный перевозчик, у которого ключевые перевозки были связаны с Москвой из Ижевска. Ну и ещё немного летала в разные стороны. В принципе, компания настолько небольшая и несущественная в масштабах России, что её уход с рынка никак не будет замечен и никак не скажется на пассажирах. Единственное, конечно же, станет вопрос о самом Ижевске. Но опять-таки, объёмы перевозок даже с Москвой настолько незначительные, что, я думаю, это направление подхватят другие перевозчики, поставят туда какие-то самолёты и легко заменят «Ижавию». Во всяком случае, у нас много относительно крупных городов, но далеко не все (или большинство из них) имеют какого-то собственного базового перевозчика — авиасообщение там обеспечивают столичные авиакомпании. У «Ижавии» парк небольшой, уникального парка не было, более того — это во многом небольшие региональные самолёты. Поэтому здесь этот сегмент легко закрывается мощностями любой другой авиакомпании. А ещё лучше, если будет несколько авиакомпаний — тогда возникнет хоть какая-то конкуренция».

«Аэропорт, а точнее его аэродромная часть, — это чрезвычайно сложный объект транспортной инфраструктуры. По нему движутся не только воздушные суда, но и огромное количество наземной техники, обслуживающей самолёты, пассажиров и технические службы. Это и доставка багажа, и бортовое питание, и работа заправщиков, и многое-многое другое. В последнее время аэропорты всё активнее присматриваются к беспилотным транспортным средствам. При относительно невысокой интенсивности движения на аэродроме по сравнению с дорогами общего пользования такие машины потенциально можно обучить безопасной езде. Это позволило бы снять острую проблему, которая сегодня стоит перед воздушными гаванями, — дефицит подготовленного персонала. Дело в том, что водитель любого транспортного средства на аэродроме в первую очередь обязан иметь специальную подготовку. Ему нужны не просто обычные водительские права, а удостоверение тракториста. Требуются специалисты, способные управлять большегрузами, которых специально обучают правилам движения на аэродроме. Кроме того, они проходят сложную систему проверок на благонадёжность и допуск к безопасности. Короче говоря, чтобы ввести каждого человека в строй, требуются значительное время и ресурсы, а текучку кадров никто не отменял. Именно поэтому аэропорты с большим интересом смотрят в сторону специализированных беспилотных средств, и такое стремление можно только приветствовать. Именно для проверки предполагаемой техники в разных условиях выбраны несколько аэропортов: относительно крупный Пулково, а также средние по размеру аэропорты юга — чтобы протестировать новинки на площадках с разной интенсивностью движения».

«На сегодняшний день уже давно в мире принято воздушные суда оснащать двумя членами кабины экипажа, то есть командиром воздушного судна и вторым пилотом. Никакого бортинженера, как это было в советское время, давно уже в западных самолетах нет, и в современных российских самолетах такого нет – всего два пилота. Но дело в том, что самолет Ту-214, как говорится, родом из девяностых. И, к сожалению, та система управления, навигационная система воздушного судна рассчитана как раз на тот архаичный трехчленный экипаж – два пилота и бортинженер. Почему это так важно? Дело в том, что пилот гражданской авиации – это очень дорогой продукт. Во-первых, его готовить долго, дорого, сложно. И, соответственно, если вам на десять самолетов нужно не 40 пилотов, а 60, то есть в полтора раза больше нужно иметь летный состав, а это рост стоимости авиабилетов. Поэтому авиакомпания поставила вопрос: «Да, самолеты возьмем. Но, пожалуйста, давайте разработаем план модернизации кабины Ту-214, когда мы сможем получить самолет с двумя членами экипажа». Это возможно, просто на это нужно, чтобы выделили финансирование, например, государства. В стране есть, причем не надо сверхзадачу решать: у нас двухчленная кабина есть – современные цифровые, как говорят, стеклянные кабины с ЖК-мониторами на Superjet и на МС-21».