Берлин закрывает российское генконсульство в Бонне и Русский дом, Москва готовит ответные меры против немецких представительств. Скандал может сказаться на подготовке 22-го пакета санкций ЕС и усилить споры внутри союза о визовой политике, российских активах и принципе единогласия
Георгий Бовт. Фото: Михаил Фомичев/ТАСС
Министр иностранных дел России Сергей Лавров назвал выводы немецкого следствия о причастности России к инциденту с дронами в аэропорту Лейпцига «допущением, предположением и догадкой». По его словам, власти ФРГ просто «увидели беспилотник и решили, что он выглядит как российский». В ответ на закрытие властями ФРГ Русского дома в Берлине и генконсульства в Бонне Лавров официально подтвердил, что Россия закроет отделения Института Гете в Москве, Санкт-Петербурге и Екатеринбурге. Также глава МИД РФ заявил, что «ошарашен» словами канцлера Фридриха Мерца о намерении сделать Германию главной военной силой в Европе «снова». Лавров намекнул, что в контексте истории Германии и нацистского прошлого такие формулировки опасны. В свою очередь, по данным журнала Der Spiegel, Германия уже в сентябре планирует поставить Украине тысячи ударных БПЛА и комплексы IRIS-T, а также дополнительные несколько тысяч ракет для ПВО. Германия уже передала зенитные установки Skyranger 35. Берлин также планирует усилить взаимодействие немецких и украинских спецслужб, в том числе оказывать помощь в сборе координат целей для ударов по территории России. И куда это все выведет?
Хотя отношения Берлина и Москвы и так были сведены почти к нулю, сейчас их обвал приобрел кумулятивный эффект. Поводом стал инцидент с дроном со взрывчаткой в аэропорту Лейпциг/Галле, обнаруженный рядом с украинским военно-транспортным самолетом Ан-124, перевозившим боеприпасы. Устройство не сработало: по данным СМИ, у него оторвался детонатор. Позднее неподалеку от аэропорта нашли еще один БПЛА и около 50 граммов гексогена. По данным немецкой Süddeutsche Zeitung, следствие установило личности двух подозреваемых — гражданина Латвии российского происхождения и гражданина России белорусского происхождения. Официальных доказательств причастности российского государства следствие, впрочем, пока не представило. Однако практически за двое суток германское правительство свернуло почти все, что оставалось от инфраструктуры отношений с Москвой, а Брюссель пытается превратить данный эпизод в санкционное решение. Но если демонтаж двусторонних каналов идет быстро, то общеевропейское решение пока подтормаживает.
Министр внутренних дел ФРГ Александр Добриндт и глава МИД Йоханн Вадефуль возложили ответственность за произошедшее на Россию, назвав случившееся частью «сложившейся схемы российских гибридных операций в Европе». Формулировка, впрочем, позволяет не доказывать подробно конкретный эпизод. Прямых доказательств причастности российских госструктур все еще нет, расследование не закончено. А пока уже объявленные меры добивают консульскую и гуманитарную части отношений. Закрывающееся с 18 сентября генконсульство РФ в Бонне — последнее действовавшее в Германии после 2023 года. Теперь вся консульская работа с российскими гражданами и заявителями на визы замыкается на посольство в Берлине. Закрывается и берлинский Русский дом, отвечавший за культурные и гуманитарные программы.
Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен поддержала немецкие меры. Российских послов вызвали в МИД сразу нескольких стран ЕС. И теперь практическим выражением этой солидарности должен стать 22-й пакет санкций. Главы МИД стран ЕС уже обсудили проект, предполагающий включение в списки порядка 1600 российских физических и юридических лиц. Глава евродипломатии Кая Каллас назвала инцидент в Лейпциге «будильником» для тех членов союза, которые до сих пор колебались — и с санкциями, и с ростом расходов на оборону. Однако всех колеблющихся будильник пока не разбудил. Бельгия, например, продолжает блокировать конфискацию замороженных российских активов и их передачу под управление структур ЕС. Испанию и Грецию Брюссель и ряд ведущих стран пытаются убедить поделиться с Украиной частью ракет для Patriot, но Афины опасаются за свою безопасность на фоне отношений с Турцией, а Мадрид ссылается на миграционные проблемы — мол, сейчас не до Украины. По предложению ряда северных стран полностью закрыть Шенген для российских туристов консолидированной позиции пока тоже нет. И на этом фоне часть чиновников ЕС вновь ставит вопрос об отказе от принципа единогласия при принятии ключевых решений.
Москва отвергает обвинения Берлина полностью. Риторика Москвы, однако, не была только конфронтационной. Говорится о готовности продолжать контакты с Берлином. Тем более что сейчас в России продолжают с той или иной степенью активности работать примерно 1600 компаний с немецким капиталом. При этом Сергей Ларов уже анонсировал закрытие немецких представительств, включая Институт Гете. Полного разрыва отношений, впрочем, ждать не стоит: посольства и минимальный набор каналов сохраняются, ни одна из сторон не хочет закрыть их первой.
Теперь стоит проследить за тем, когда будут объявлены официальные итоги немецкого расследования. Если Берлин продвинет версию причастности Москвы, это может повлиять на готовящийся новый санкционный пакет к октябрьскому саммиту ЕС в сторону ужесточения. В том числе в части визовой политики. Полностью Шенген россиянам, может, ввиду возражения стран Южной Европы, и не закроют, но новые ужесточения правил наверняка введут.
Помимо этого, данный скандал может продвинуть дискуссию внутри самого ЕС об отмене принципа консенсуса по ключевым решениям в пользу принятия их квалифицированным большинством. В этом случае в руках аппарата Союза в Брюсселе окажется еще больше рычагов для оперативного применения. Отказ от консенсуса важен еще и в свете перспектив принятия новых членов: Украины, Молдавии, стран Западных Балкан. Наличие не совсем полноправного членства на первых этапах у новобранцев может облегчить процесс формального расширения и снять ряд возражений стран-оппонентов.
Что касается воздействия российского-германского скандала в целом на отношения Москвы и ЕС, то мы видим, как сейчас все стороны последовательно и местами ожесточенно сокращают набор инструментов, которые могут понадобиться со временем, когда все-таки придется о чем-то договариваться. Рано или поздно такой момент все равно настанет.
